Школьники переглянулись сверкающими глазами и украдкой кивнули.
– Он умер, – продолжил Митчелл голосом, оставляющим неизгладимое впечатление, – и мой долг – найти, кто нанес удар. У вас может быть представление из книг и фильмов, что работа детектива – это весело и интересно. Ну так вот, запомните раз и навсегда, что на самом деле это не так. Это тяжелый труд и, как правило, ужасный. Это настоящее убийство, не игра, а дело жизни и смерти. Страшной смерти этого несчастного актера, а если я достигну успеха, на что надеюсь, то и смерти через повешение его убийцы. Так что выбросьте из головы мысль, будто вы в детективном романе или в кино. Попробуйте понять, что это на самом деле, и держитесь от этого как можно дальше.
Конец его речи был встречен мертвым молчанием.
– Спасибо, инспектор Митчелл, – негромко сказал мистер Ридсдейл. – Уверен, что все до одного поняли и прониклись вашими словами. – Он повернулся к школьникам: – Больше ни один человек не подойдет к инспектору со своими соображениями, а подъездная аллея от угла лазарета и до задних ворот временно объявляется запретной. Все поняли?
– Да, сэр! – послушно ответили хором старшие мальчики.
Мистер Ридсдейл и инспектор Митчелл вышли из столовой вместе, и притихшие школьники вернулись к прерванному чаепитию. Но есть уже никому не хотелось, и все вскоре разбрелись спорить и обсуждать случившееся.
Брюс Притчард прошел к своему шкафчику, пригнулся и грустно уставился на лежавший там предмет, завернутый в обрывок коричневой бумаги. Раздвинув бумагу, он посмотрел на пятна желтого лака, проглядывающие сквозь грязь. Грязь была со дна бочки для дождевой воды, под слоем которой и лежал предмет до тех пор, пока Брюс Притчард не слил воду и не спас его. Оглядевшись и убедившись, что он один, Притчард вытащил предмет из шкафчика и повертел в руках. Глубоко вздохнул, снова завернул находку в бумагу, положил обратно в шкафчик и медленно закрыл дверцу.
Небо над опустевшей спортплощадкой начало темнеть, с запада наползали тучи. Они закрыли заходящее солнце, сперва сузив полосу оранжевого света до нескольких ярких лучей, наискось падавших на траву, потом и их стерла серая пелена, низко и грозно нависшая над деревьями.
Мистер Хилл перестал беспокойно ходить по площадке, поднял голову и огляделся. Собирался дождь – подходящее окончание дня печали, тревоги и беспокойства. Было бы разумным уйти в помещение. Мистер Хилл снова стал расхаживать по дорожкам. Возвращаться в дом учителей не хотелось. Актеры «Шекспир плейерз лтд.», все еще им владевшие, старались под руководством Джорджа Лемминга мешать как можно меньше. За обедом они почти не разговаривали. Они не виноваты, бедняги, просто им не повезло. И все же на сегодня он уже достаточно на них насмотрелся, а на Найджела Трента более чем достаточно, куда более.