— Так вы считаете, что было бы неправильным запретить мою книгу?
— Да, я так считаю, — сказал хрипло Сильвестр: у него пересохло в горле.
— И вы думаете, что это будет бестселлер? — Похоже, он обратил внимание только на те пометки, которые тешили его тщеславие.
— Таково мое мнение, — выдавил из себя Сильвестр.
Марвин положил на место — возле папки — блокнот с заметками.
— Я же говорил вам, что это — динамит, — усмехнулся он.
Потом Сильвестр что-то бормотал о необходимости якобы безотлагательного вылета в Лондон. Он утверждал, что дело срочное, что надо скорее переговорить с Джоном, с доверенным лицом Марвина, и что лететь следует ближайшим же рейсом. Марвин не пытался его удержать. О Салли не было сказано ни слова.
Вспоминая в самолете последние минуты своего пребывания в доме Марвина Братта, Сильвестр громко рассмеялся:
— Не поделитесь шуткой? — спросил разбуженный им пассажир с соседнего кресла.
— Я купил в „Брукс Бразерс“ трусы и забыл их в постели девушки.
— И вы находите это смешным?
— Готовитесь к Рождеству? — Анжи Эддисон с любопытством посмотрела на подошедшую одновременно с ней к дому Джанет, в каждой руке которой было по тяжелой сумке.
— Вроде того. — Джанет переложила более тяжелую сумку из правой руки в левую.
— Собираетесь с ним уехать на Рождество? — поинтересовалась Анжи.
— Собирались, но потом все разладилось.
— Да?
— Все началось с мамы, которая, по ее словам, получила в последний момент приглашение от тети отправиться вместе с ней в праздничный круиз. Что касается родителей Тима, то у них и без нас весь дом уже буквально забит всеми этими его братьями, сестрами, их мужьями, женами и детьми. Нас пригласили… — соврала она, тут же вспомнив то письмо, о котором ей так не хотелось вспоминать! В нем говорилось, что ей будут рады, если она приедет „со своим мужем“, но поскольку они с Тимом пока не женаты, „это усложняет дело“. — Но мы отказались, — сказала она, — так как уже настроились ехать к маме. Вот такая получилась путаница.
— Расстроились? — спросила Анжи и посмотрела на Джанет оценивающим взглядом. — Не беспокойтесь, — она предупредительно ускорила шаг и первой оказалась у двери дома, — я открою; у меня есть ключ. А мы, знаете ли, никогда не уезжаем. Рождество с родственниками — такой кошмар! Сколько нервотрепки от всего этого столпотворения и обжорства, не говоря уже о выпивке! — Она вставила ключ в замок. — Почему бы вам не провести эти дни цивилизованно — как это делаем мы?
— А как это? — спросила Джанет, войдя в вестибюль и поставив сумки на пол.