– Что это?!
«Не могу знать, кормчий».
– Бегоевич!
Хрипы в ответ, свисты, шорохи.
– … маю… чего, – донёсся всхлип.
– Что происходит?! Куда нас выкинуло на сей раз?!
Пауза. Хрипы, трески.
– В будущее, – проговорил физик сдавленным голосом. – Если верить отчёту…
– Конкретнее, доннерветтер!
– Мы взлетели на несколько миллиардов лет…
– Миллиардов?!
Пауза.
– Харитон выдаёт цифру – сто сорок миллиардов.
– Не может быть! – Ульрих нервно рассмеялся. – Твой Харитон врёт как сивый мерин! Я вижу пламя…
– Это Солнце. Таким будет наше светило – красным гигантом.
– Оба-на! Может, нас бросило не только во времени, но и в пространстве? И на самом деле это ядро Галактики?
– Мы привязаны к зоне перехода три-браной поляризации и законом координатной концентрации. Континуум трансформируется одномоментно с…
– Заткнись! Мне нужно попасть в две тысячи двести восьмой год! Это тебе понятно?!
– Целик настроен вероятностно. Нужен дополнительный расчёт. Мы не проводили масштабных забросов, это первые, инк не понимает, с чем можно сравнить получаемые данные.
– Так помоги ему! Сколько мы будем так прыгать?
– Возможно, следующий прыжок будет точным. Мне нужно время для анализа положения и настройки целика.
– Ещё раз промахнёшься…
– Ой, да хватит вам! – вдруг возмутился Бегоевич. – Мы первые, кто прорвался во времени в прошлое и будущее! Ошибки неизбежны! Будете гнать – застрянем. Это вам понятно?
Ульрих удивлённо замер, осознавая, что физик прав.
– Зер гут, работай.
– Принесите воды.
– Сейчас тебе всё доставят. Цзе, обед и напитки в трюм.
«Да, кормчий».
– Лазарет?
«Она спит».
– Отлично.
Хорст вылез из кресла, побродил по рубке, разминаясь, поглядывая на стену огня, каким виделось Солнце с расстояния всего в один миллион километров, потом решил поспать. Голова после двух «хронотрясений» гудела и требовала отдыха.
О том, что такой же отдых требуется конструктору хроноинвертора, он не подумал.
Сон упал на голову гильотиной.
И хотя спал Ульрих всего два с половиной часа (предварительно ополовинив бутылку русского шнапса), всё равно поднялся по сигналу Цзе Дуна легко.
– Тревога?
«Всё в порядке, кормчий. В пределах видимости ни одного движущегося объекта не замечено. Девушка спит. Господин Бегоевич требует вас на связь».
– Требует? Надо прочистить ему мозги, чтобы до конца жизни забыл такое слово. Совсем поехал натюрлих. Бегоевич, чего шумишь?
– Хрономодулятор настроен, – отозвался физик, – можем стартовать.
– Условия помнишь?
– Ой, да бросьте вы!
– Промахнёшься – останешься без зубов!
В наушниках раздалось цоканье, будто собеседник лязгнул зубами.