− Я понимаю. − Она действительно все понимала, а вдобавок ко всему до сих пор злилась за те грубые слова, но это ничего не меняло. Она тоже хотела его больше всего на свете.
А еще она краешком сознания начала понимать, что во многом он был прав. Она действительно панически боялась, что однажды отец уйдет, и всеми силами старалась заслужить его любовь. Всегда была тихой и послушной, чтобы если каждую секунду и не помогать, то хотя бы как-нибудь случайно не помешать. И теперь она понимала, почему так сильно изменилась, попав в Альсабу. Здесь ее не сдерживали никакие оковы и, даже запертая во дворце, сейчас она была свободней, чем живя на воле последние десять лет. И наконец-то научилась принимать самостоятельные решения.
Она впервые за долгое-долгое время взглянула на себя со стороны, и то, что она увидела, ей не слишком понравилось. Когда она только успела превратиться в эдакую степфордскую дочку, безропотно выполняющую все, что ей прикажут, лишь бы угождать окружающим и не создавать проблем?
А Тарик… Разве после всех этих вспышек огня рядом с Зафаром могут еще остаться какие-то сомнения? Она никогда его не любила…
Анна чувствовала, что еще немного − и она навсегда вырвется из уютного кокона, отправившись познавать бесконечный мир, но пока что она еще не была к этому готова.
− Зафар, ты обязательно со всем справишься. И я надеюсь, твой народ быстро поймет, как ему повезло с новым правителем.
− А если нет?
Какого ответа он от нее ждет? Она всего лишь напуганная, никому не нужная девушка, против воли оказавшаяся в далекой стране и не способная решить, чего сама хочет от жизни. А сегодня она даже не может пойти на этот прием, чтобы быть рядом и держать за руку, ободряя улыбкой.
− Просто следи за тем, какой вилкой ешь. Человеку с хорошими манерами простят любые грехи.
− Тогда мне повезло, что у меня был такой хороший учитель.
К счастью, среди почтивших его первый официальный прием сановников Тарика не оказалось. Иначе Зафару пришлось бы сразу же отдать ему Анну, а так он вполне еще мог наслаждаться ее прекрасным обществом.
Заметив, что к нему направляется посол Швеции, Зафар начал поспешно искать пути отступления. Уже целых четыре часа кряду он непрерывно с кем-то общался и, похоже, за один вечер успел наговорить больше, чем за все пятнадцать лет, прожитых в пустыне. Хватит с него на сегодня. Стараясь не думать, как расценят его поступок, он повернулся и направился к двери, невольно озираясь по сторонам и все еще надеясь разглядеть в толпе красное платье. Но на что он надеется? Ей здесь не место.