— Да, это ужасная катастрофа, — подтвердил я. — Может быть, даже мировая. Эта масса вселяет ужас в тех, кто видел ее своими глазами. С ней нет способа сражаться. Если даже ее разрезать на куски, она продолжает расти и распространяется дальше.
Вечером, прогуливаясь по палубе, я увидел возле борта Джанай. Она была одна. Зная, какое отвращение я внушаю ей, я бы никогда не осмелился предложить ей свое общество, но она сама остановила меня.
— Тор-дур-бар, я не могу ничем отблагодарить тебя за все, что ты сделал для меня.
— Не нужно благодарности. Мне достаточно того, что я честно служил Вор Даю и тебе.
Ока пристально посмотрела на меня.
— Что будет значить для тебя, если тело Вор Дая не будет оживлено?
— Я тогда потеряю друга.
— И ты будешь жить в Гелиуме?
— Не знаю, где я осмелюсь жить.
— Почему?
— Потому что в мире нет места для такого урода, как я.
— Не говори так, Тор-дур-бар, — ласково сказала она. — Ты вовсе не урод, потому что у тебя доброе и благородное сердце. Сначала я тоже думала, что ты безобразен, но теперь я вижу в тебе гораздо большее — душевную красоту и благородство.
Это было приятно слышать, и я сказал ей об этом. Но жестокое выражение застыло на моем лице: я знал, что ничто не может изменить моего решения, Я не хотел пугать своим видом женщин и детей Гелиума.
— Я думаю, ты ошибаешься, — сказала она. — В Гелиуме у тебя много друзей. Но что будет со мною, если Вор Дай не вернется к жизни?
— Тебе нечего бояться. Джон Картер тебе поможет.
— Но Джон Картер меня совсем не знает.
— И, тем не менее, он позаботится о тебе.
— А ты будешь приходить повидаться со мною, Тор-дур-бар?
— Если ты захочешь этого, — сказал я, хотя знал, что никогда не осмелюсь поселиться в Гелиуме.
Она долго молча смотрела на меня, а затем сказала:
— Я знаю, о чем ты думаешь, Тор-дур-бар. Таким в Гелиум ты никогда не вернешься. Но теперь вернулся Рас Тавас. Почему бы тебе не попросить у него новое тело? Ведь он делал это для многих ничтожных хормадов.
— Попросить можно, — сказал я. — Но где взять тело?
— Есть тело Вор Дая, — шепотом сказала она.
— Значит, ты хочешь, чтобы мой мозг пересадили в тело Вор Дая?
— А почему нет? Ведь твой мозг — это мой лучший и преданный друг. Ситор сказал мне, что мозг Вор Дая уничтожен. Может, так оно и есть. Но если это правда, то Ситор лгал, когда говорил, что ты был причиной его уничтожения. Потому что я теперь знаю тебя. Знаю, что ты не способен предать друга. И если мозг Вор Дая уничтожен, то было бы лучше, если бы мозг моего лучшего друга вселился и оживил тело, которым я восхищаюсь.