Она занесла руку и вытащила прямо из воздуха черный клинок, сделанный из неизвестного мне материала. Я распахнула рот, понимая, что именно сейчас произойдет, и попыталась закричать, но подавилась криком. Время застыло, и я с болезненной четкостью видела, как темное лезвие устремляется к моей шее…
…— Хора! Хора! Все хорошо, успокойся!
Я моргнула, и кровавое зарево исчезло, а вместо женской фигуры с мечом надо мной навис Кельтар, взволнованный и бледный. На его щеке красовался довольно глубокий порез, который, впрочем, уже затягивался.
Я лишь через полминуты осознала, что снова нахожусь в симуляторе рукопашного боя, и поле трупов мне просто привиделось. Все еще не веря своим глазам, я провела руками по щекам и подбородку — они были мокрыми от слез, но следов от пальцев жуткой женщины я не нащупала, хотя была уверена, что она оставила мне пять кровоточащих ранок.
— Что случилось? — Кель легонько тряхнул меня за плечи, вырывая из прострации.
— Эта женщина… — только и сумела выдавить я, прежде чем захлебнулась рыданиями.
Меня трясло, слезы лили ручьем, и я позорно подвывала, как маленькая девочка, напуганная вредным домовенком. Кель, поняв, что объяснений ему уже не добиться, просто крепко прижал меня к себе и успокаивающе гладил по спине. Я вцепилась в его рубашку и уткнулась сопливым носом в плечо. Сдерживать или подавлять истерику было бесполезно — пережитый страх был настолько силен, что мне оставалось только рыдать на груди этого ненормального архидемона, надеясь, что никто больше не увидит мой позор.
• • •
Кельтар бережно прижимал к себе сотрясаемую рыданиями Хоранну, поражаясь тому, насколько она была в этот момент беззащитна и уязвима. Он, признаться, в последнее время начал забывать, что ведьма — простая смертная, и относился к ней как к равной. Недопустимая оплошность с его стороны, ведь люди, даже самые сильные из них, очень хрупки, и от этого никуда не убежать.
Архидемон был уверен, что Черно-белая колдунья оказалась во власти видения — в прошлом он не раз видел подобное: и без того светлые глаза девушки выцвели, покрывшись непроницаемой белесой пеленой, кровь отхлынула от лица, а аура взорвалась неконтролируемой магией, подавить которую были не в силах даже местные блокировки.
Первое, что сделал Кельтар, поняв, что происходит, — разорвал на части западного офицера, который готов был нанести решающий удар Хоранне, выпавшей из реальности. Дальнейшее никак не подчинялось архидемону, он мог только наблюдать и ждать, когда видение ослабнет достаточно, чтобы вытащить из него ведьму.