— Я больше не могу, — заявила она. — Мне уже больно смеяться.
Он сел на корточки и посмотрел ей в лицо, ее глаза блестели от слез, щеки раскраснелись.
— О’кей, прогресс заметен, — констатировал он. — Тебе лучше. Когда ты вошла, я испугался и подумал: а не натворил ли я чего?
Эллен фыркнула.
— Ты знаешь, это хорошая идея — запугать тебя, — поддразнила она.
— Считай, что ты этого добилась, — промолвил он сухо, и по выражению его глаз Эллен поняла, что ему не понравился такой юмор.
Она выдержала его пристальный взгляд и, почувствовав, что начинает краснеть, снова вернулась к сценарию, который лежал у нее на коленях. Первая фраза, которую она прочитала, была:
— «Чамберс уронил взгляд». — Ее губы снова задрожали. — Я же говорю, что теперь никогда не смогу воспринять эту сцену всерьез.
— Но это не серьезная сцена?
— Ну да! Здесь ты конфликтуешь с редактором «Вашингтон пост» насчет публикации твоего материала о злоупотреблениях ФБР на мексиканской границе. И обещаешь назвать виновных поименно.
— Эта сцена ничего не добавляет к происходящему, — заметил Том.
— Неправда. Она показывает твою преданность делу. Кроме того, из нее становится ясно, о чем нам рассказывает пресса, а о чем нет. После этого ты так разозлился, что впервые поругался с Рейчел. Тогда же ты убеждаешь ее выйти из-за письменного стола и отправиться вместе с тобой «в поле». Это довольно важная сцена.
Том усмехнулся.
— У тебя на все есть ответ, — заметил он, вытягивая длинные ноги и упираясь спиной в край кушетки, на которой она сидела. — Хорошо, это важная сцена, но то, как она написана, — тоска зеленая.
— Возможно. Извини, ты что, знаешь?
— Кто, я?
Она усмехнулась.
— Так как прошел вчерашний вечер? — поинтересовалась Эллен. — Как Мичелл произнесла свою речь?
— Она профи, — признал Том. — Но это было так блестяще написано, что она едва ли могла провалиться.
Чтобы Том записывал, Эллен бросила ему ручку, он поймал ее и стал с интересом рассматривать.
— А что ты теперь делаешь? — потребовала она ответа.
— Смотрю на ручку.
Снова рассмеявшись, она почувствовала легкость и эйфорию.
— У тебя сегодня сумасшедшее настроение, — упрекнула она его.
Их глаза встретились, и, чувствуя, как снова краснеет, Эллен отвела взгляд.
— Должно быть, это был хороший вечер, — заметила она.
Том пожал плечами:
— Как обычно. Такие вещи могут показаться немного скучными, но это был повод встретиться со старыми друзьями.
— Там было много друзей?
— Несколько. Только не было прессы, к сожалению.
Эллен вспыхнула: агент по связям с общественностью, которого они наняли для рекламы фильма, предложил использовать событие, чтобы сделать Мичелл паблисити заранее, но Эллен запретила. Интересно, знают ли Том и Мичелл об этом? Наверняка нет. Оставалось молить Бога, чтобы и Майкл ничего не обнаружил, иначе очередная схватка оказалась бы неминуема.