– Любопытно. Ты что ж у них бывал?
– Бывал, так меня даже чаем не напоили.
– От скупости?
– Да, вы что, Ваше Благородие, Степан, тот последнюю рубашку с себя снимет, если помочь надо. Не было у них ничего.
– Так вроде бы трое работали…
– Не трое, а все семеро. Правда, с ребятишек толку поменьше, но все равно руки к работе пригодные.
– Так что им денег на прожитье не хватало?
– Я, правда, не спрашивал, но краем уха слышал, что в деревню они деньги все посылали.
– Странно, не находишь?
– Что странного? У каждой семьи своё.
– А ты чего к ним заходил?
– Уж не припомню. Кажется, весточку из дому получил.
– Мог бы в артели об этом сказать?
– По соседству с ними был. Вот и зашёл.
– Хорошо, значит ты у нас…
– Ефим Перегудов.
– Зови Коську.
Константин Степанов оказался молодым человеком двадцати лет. Но таким же щуплым, как и вышедший из комнаты Ефим. Ничего добавить он не мог, сославшись, что Морозовы, как сычи больше молчали. Только и услышишь от них, подай то, не нужно тебе это. И опять, молча, уткнуться в работу и ни слова, ни полслова.
Глава восемнадцатая. Что день грядущий нам готовит…
Утро порадовало солнечными лучами, пробивающимися через просветы между темными облаками. Штабс—капитан, по чести сказать, не знал, с чего начинать день. Снова съездить в трактир, поговорить не только со вчерашними собеседниками – Марией и Семеном Иволгиным, но и с малолетними половыми, которых заметил Василий Михайлович вчера. У них глаз острый, по малолетству многое подмечают, при них не стесняются откровенно говорить.
– Сударь! Видно сразу, что вы сиятельство! – Совсем тихо и с какой—то показной таинственностью в голосе шепчет, догоняя Василия Михайловича, малый лет двадцати в кургузом пальтишке.
– Что тебе? – Спросил Орлов, не останавливаясь.
– Не соблаговолите ли приостановиться на минуточку—с!
– Я?
– Вы, Ваше сиятельство, один минут—с, за угол только! – взгляд малого был до того просительный, что Василий Михайлович едва не рассмеялся. Надо же. Сейчас и он стал одним из участников спектакля, разыгрываемого ежеминутно на улицах столицы.
– Меня? Ты меня знаешь?
– Как не знать—с! Знаем—с, вот за угол!
Штабс—капитан сделал вид, что попался на уловку уличного шарлатана и послушно проследовал за ним.
– Ну, говори, что тебе надо?
– Ваше сиятельство, выгодная покупка для вас есть, – и, озираясь по сторонам, понизив голос, произносит, – золотая цепочка—с.
Малый на самом деле вытащил из кармана какую—то цепочку, которая загорелась перед глазами Орлова ярким блеском и рассыпалась искрами на солнце, сегодня показавшемся из—за низких облаков.