— Ну, я вот нет, — с легкой злостью отозвался дракон. — Но в первый раз наблюдаю, чтобы при помощи огня охотились… И успешно. — Повернувшись ко мне и шарахнувшись, когда понял, что я стою очень близко, Дже Хён с укоризной заметил: — Могла бы просто откатиться в сторону.
— И кабан удрал бы! — возопил ачжосси. — Нет, нет. Хорошо все получилось.
И мужчина с опаской уставился на меня, стараясь скрыть свое внимание от Дже Хёна.
В следующие несколько часов мужчины выпотрошили тушу и снесли ее к домику Яозу. Я, дошлепав обратно, села прямо на землю и, обхватив колени, закрыла глаза, надеясь унять головную боль. К горлу подкатывала тошнота, я мерзла, мышцы ныли, очень хотелось спать, да и вообще чувствовала себя так, будто не спала несколько дней и таскала на спине тяжести. О том, чтобы отправиться в дорогу, я боялась просто задумываться. Даже про голод забыла.
Вздохнув и положив голову на колени, я смотрела, как Яозу разжигает костер на маленьком пятачке. Я сидела довольно далеко от огня, но все равно чувствовала его тепло, вмиг обнявшее меня и заключившее в плотный убаюкивающий кокон. И я не стала сопротивляться, позволив себе уснуть.
Я проснулась от шипения углей, которые Яозу увлеченно заливал водой из ручья.
— Вот, держи, — ачжосси пихнул в мою сторону тощую сумку, — понесешь.
В накрывших лес сумерках я сонно огляделась, приходя в себя. Тело болело, как если бы мне всыпали с десяток ударов палками, в голове царила каша, но больше всего беспокоили ладони. Их жгло и покалывало от неприятного зуда.
Взглянув на ладони, я даже прищурилась, опасаясь, что крадущаяся тьма и моя впечатлительность сыграли злую шутку. На суставах пальцев и на ладонях виднелись ссадины и ожоги, как если бы я голыми руками ломала горящие ветки и бревна.
— Ой. — Вздох вышел сам собой.
Дже Хён не должен был реагировать, но он обернулся, перестав складывать что-то в свою сумку. Подойдя ко мне, хозяин бесцеремонно перехватил мои запястья, не давая возможности спрятать руки за спину.
— Мелкая, какая же ты неуклюжая, — вздохнул он и кивнул на ручей.
Хмурясь, я направилась к воде, а Дже Хён на секунду замешкался, разыскивая в сумке кусок полотна. У самой кромки стекающего по камням ручья дракон велел сесть и самолично обмыл мои ладони из студеного родника.
— Совсем неосторожная Тиоли, — пробормотал Дже Хён, перевязывая мои руки разорванной на полоски тканью. — Неосторожная мелкая.
Мне хотелось горестно кивнуть и заверить, что такого не повторится, но я, как завороженная, следила за действиями Дже Хёна, неосознанно любуясь его широкими ладонями с длинными пальцами. Даже дышала через раз, безропотно принимая заботу.