— Какая мазь? — заинтересовалась я.
— Классная. Все повреждения заживляет. Хочешь?
Киваю, забыв, что меня не видно.
— Кивает, — сообщил принц другу.
— Тогда вытащи нас! Ты же ведьма. Тебе это как нечего делать.
— Гм. У меня рука сломана. Мне теперь есть что тут делать.
— Да? — разочарованно. — Сильно?
— В трех… нет, уже в четырех местах, — соврала я.
— О как… больно небось.
— Ты даже не представляешь как.
— Да поставь ты меня. На землю поставь! Я за помощью сбегаю. Нет, не боюсь. Да найду я куда бежать!
Мелкого с трудом, но выпихнули наверх. Над могилкой показалось лицо подпрыгнувшего паренька. Оба с надеждой смотрим на пытающегося отряхнуться малыша.
— Всё, я пошел. Скоро вернусь.
Я заволновалась. Это он за вампирами, получается, пошел? Хрен их знает, может, тут и вампиры есть. После говорящего трупа с претензиями я уже ничему не удивлюсь.
— Погодь! А чего искал-то?
Паренек обернулся, вытер рукавом нос, тут же ставший таким же грязным, как и рукав, задумался.
— Монету, — крикнули из могилы. — Ему, видите ли, нужна неразменная монета.
— А чего это?
— Мертвым в рот кладут, — пояснил малыш и вздохнул. — Ее потом трать не трать, все равно вернется. А у них серебро было… Кладбище больно богатое, с медяками не хоронили. А я так лошадку хотел…
Ошарашенно на него смотрю. Так это чего, те монеты, которые из наших зомби постоянно сыплются? Они их поднимают, суют в рот, но монеты все равно сыплются. Дыр-то много. Щеки есть не у всех. И тем более… некоторые и вовсе без головы бродят.
Залезаю здоровой рукой в мокрый слипшийся карман, с остервенением там копаюсь. Да где же это? Где?!
— Ну ладно, Арчи. Не скучай, я скоро.
— Осторожно там, мало ли, вдруг оборотни на охоту вышли.
Тут еще и оборотни есть? Я придушу мага. Он теперь смертный, его должно пронять.
— Подумаешь, я принц! Они от одного моего запаха передохнут.
Хихикаю. Это нервное. О, вот она!
— А… у меня есть монета! Неразменная!
Гордо демонстрирую погнутую почерневшую металлическую штуковину, которую один из зомбиков так и не поднял, ибо рухнул рядом и рассыпался на составляющие. Маг сказал, что срок вышел.
Малыш обернулся и, сощурившись, присмотрелся к тому, что я так бодро сжимала в руке.
— Ну что, она?!
— Гм… меня вообще-то обмануть сложно. Я магию такого рода чую… — Подходя ближе и вытягивая от любопытства шею.
Еще чуть-чуть, и смогу его схватить и уволочь к себе. Мысль мелькнула и с ужасом огляделась в пустом пространстве черепа. Ее никто не поддержал.
— Она! — радостно. — Точно, она! Я эту магию завсегда узнаю. Арчи, рычи, я монету нашел! А ты говорил, что зря идем.