— Ну, и что потом? — Сэм сидел в кровати, облокотившись на подушки, с тарелкой тостов, чашкой чаю и в рубашке, накинутой на голые плечи.
— А потом этот американец в прозрачной майке… — Эндрю сделал паузу, чтобы Сэм мог вставить имя.
— Я знаю, гей.
— Точно, он и босс из «Бонди Сакс»…
— Блюмфельд.
— Ага. Они делились какими-то… наблюдениями про Аманду.
— Вроде чего?
— Вроде «приветствуем всех новоприбывших», «снимайте трусики в любое время и в любом месте», и все такое. Короче, Николас налетел на Блюмфельда. И хладнокровно набил ему морду.
— Ура! — Сэм от радости подвигал чашку на блюдце.
— А потом он сказал… американскому парню…
— Джейку Цымбалису.
— Точно. Он сказал: «Есть только одна вещь, которую я ненавижу. Это люди, которые перевирают факты и не заботятся о том, насколько они могут навредить в результате. И есть только одна вещь, которую я не потерплю, не говоря уж о том, чтобы она происходила, черт побери, в моем собственном доме, — это люди, порочащие репутацию женщин, которых я люблю».
— Женщин, множественное число?
— Да. А потом он вроде как обнял Аманду и поцеловал ее так, знаешь, по-голливудски, наклонив спиной. Ничего подобного я не видел… с тех пор как вы с Джеки проделали то же самое на сорок минут раньше.
— Заткнись.
— Ну?
— Ну!
— Да ладно! И как все произошло?
— Она сломалась. Она убедила себя, что я обручился с Флавией, и это побудило ее к… заявлению, можно так сказать.
— Фантастика! Она там, я могу кое-что ей сказать?
— Отвали.
— Так что случилось с Флавией?
— Мы ехали из аэропорта, очень счастливые, и я решил включить музыку. Взял кассету, которая валялась сверху, вставил ее, а это оказалось интервью Джеки с Маркусом Рейвеном… в те выходные, когда мы были в Кодрингтоне. Естественно, я собирался выключить его, но Флавия сказала: «Нет, я хочу послушать, Маркус Рейвен — мой герой». Так что мы слушали и слушали, а потом интервью закончилось, и они просто болтали, не для записи, и он рассказал, как ему живется в этом притворном союзе с Би, и что это больше похоже на отношения брата и сестры, и он не знает, кто он… парень из «Наследства Уиллоби» или… понимаешь?
— Да-да.
— И она говорит: «Я была влюблена в человека, который не существует, и это еще более пугающе». Ну и пошло-поехало. Как она потратила все эти годы, думая, что она любит супер-Саймона, и никогда не давала никому шанса, потому что была так уверена в том, что он тот самый… кстати, они с Саймоном никогда не спали вместе.
— Да ладно?
— Ага, и, очевидно, даже никогда не приближались к этому… и как у нее появились подозрения, но в ту ночь, когда была вечеринка в «Блюграсс филмз», все это до нее дошло, и она поняла — она так взволнованно это говорила, — что все это время она хотела только меня.