Кертису хватало ума понимать, что он фактически увернулся от пули, когда с закрытием шахты мистер Лихаген все-таки счел уместным предложить ему какую-то альтернативную форму занятости. Ведь из тех, кто некогда батрачил на Лихагена, многие пробавлялись на пенсию, недвусмысленно означающую, что теперь их основной, если не единственной, пищей стали лапша быстрого приготовления да гамбургеры из опилок. Не было четкого понимания, почему удача улыбнулась именно Кертису, а не кому-то другому, хотя временами напрашивалась догадка, что одним из косвенных мотивов являлось то, что старик Лихаген когда-то, будучи еще сравнительно здоровым, приплачивал за некие визиты увеселительного свойства миссис Раунди, пока ее муж, рискуя жизнью, вкалывал в шахте, исходя кашлем в окружении грязи и пыли. Мистер Лихаген был повелителем всего, на чем останавливал глаз, и не чурался своеобразного применения «права господина» – эдакой заповедной привилегии правящих классов, – когда случалось настроение, а в округе имелась готовая услужить прелестница. Насчет тех дневных визитов мистера Лихагена Кертис не знал (дело-то прошлое) или же просто убеждал себя, что не знает, однако зловреды вроде Бентона и Куинна, желая поразвлечься, не гнушались ставить ему это на вид. В первый раз когда они это сделали, Кертис в ответ на их подначки набросился на Бентона с кулаками, но был за свою дерзость избит до полусмерти. Как ни странно, но по итогам того выплеска Бентон стал уважать Кертиса немножко больше и говорил ему об этом, даже когда отвешивал очередной тумак или оплеуху.
Сейчас Бентон с Куинном занимались в кабине возлияниями. Мистер Лихаген и его сын проявили бы недовольство, прознав о том, что эти двое пьют на работе. Майкл Лихаген подчеркнул, как важно, чтобы тех двоих нарушителей поймали. А для этого, говорил он, всем необходимо проявить бдительность и четко выполнять указания. По выполнении задачи всех заслуживших ждут бонусы. Упустить свой бонус Кертис не хотел. Для него имел значение каждый цент. Он мечтал отсюда уехать. Убраться от Лихагенов, от всех этих бентонов и куиннов; от памяти об отце, увядшем от рака, но так и не прислушавшемся к людям, критиковавшим его за то, что он решил отвергнуть реальность доканывающей его болезни.
У Кертиса во Флориде есть друзья, делающие неплохие деньги на кровельных работах (очень кстати им была помощь от ураганов: каждый такой сезон приносил свежие заказы на услуги). Друзья соглашались взять его в дело, но только если он внесет определенный пай. На сегодня Кертис скопил уже почти четыре тысячи долларов, и еще тысяча причиталась ему от мистера Лихагена, не считая бонуса, который мог перепасть за сегодняшнюю работу. Себе Кертис поставил порог в семь тысяч. Шесть идет на долю в бизнесе, а тысяча на покрытие расходов по обживанию во Флориде. Сейчас заветный момент был близко, реально близко.