– Чего нада?
Эльф, до того мирно беседовавший со спутницей, подпрыгнул и ударился о стенной канделябр.
В перегородку рядом с нами раздраженно стукнули кулаком, следом раздались быстрые шаги, и дверь черного хода с треском захлопнулась.
Мы с Озриэлем, не сговариваясь, встали и заглянули в служебный коридор. Внимание обоих приковал лежащий на полу предмет. Это был букет цветобабочек – из чугуна.
– Его Индрик подарил. Хорошо, что Марсий об этом не знает.
– Пока не знает, – помрачнел Озриэль.
Мы вернулись за свой столик и одновременно потянулись к салфетке:
– У тебя шоколадные усы…
– Ты вся измазалась…
Покончив с напитками, мы расплатились и покинули таверну.
– Надо предупредить Индрика, – заметила я, как только мы спустились с крыльца.
– Он не станет слушать, положится на волю случая.
– Это глупо, он может пострадать из-за своего легкомыслия.
– Знаешь, если бы речь шла о ком-то другом, я бы с тобой согласился, но, когда дело касается Индрика, нет ничего надёжнее случая. Фортуна любит его.
– Она любит всех, пока не отвернётся.
– Ого! Что это?
– Ты о чём?
Озриэль приставил ладонь к глазам и указал наверх.
– Мне кажется, или там…
Я подняла голову и обмерла.
– …дракон.
Он летел на приличной высоте, и всё же силуэт с длинной гибкой шеей и похожими на кленовые листья крыльями безошибочно угадывался на фоне звездного неба. Сомнений быть не могло.
Тут он сделал вираж и начал резко снижаться.
Я схватила Озриэля за руку.
– Скорее, сюда! – Мы прыгнули в ближайший проулок и затаились.
Правда, ифрит то и дело норовил высунуть голову.
– Вот это да, Ливи! Дракон, настоящий дракон!
– Да спрячься же, он может нас заметить! Кто знает, какое у них зрение?
– Впервые вижу живого дракона. Да мне никто не поверит!
– Что ты сейчас сказал?! Ты что, собираешься кому-то об этом разболтать?
– Конечно! Всем подряд! Ещё никто из моих знакомых не видел дракона, я первый. Как думаешь, что он здесь делает? – Ифрит хлопнул себя по лбу: – Ну, конечно! Наверняка ищет ту самую принцессу.
– Тише! – Я беспокойно заозиралась. – А ты подумал о последствиях? Представь, что начнётся после твоих откровений: тут же налетят активисты из Лиги солидарности драконам, а ещё газетчики, чтобы взять у тебя интервью. Любопытные будут день и ночь дежурить у ворот академии в надежде услышать всё из первых уст. Как думаешь, руководству Принсфорда это понравится?
– Я… как-то не подумал об этом, – растерялся Озриэль.
– Так подумай сейчас. А главное, подумай о той бедной, запуганной, беспомощной принцессе, которая наверняка сейчас сидит в какой-нибудь подворотне, как мы с тобой, и её сердечко трепещет от ужаса при мысли о том, что этот крылатый монстр её заметит.