– Как знаем мы все. А что, «умерщвленный» турист имел спутников?
– Не знаю. Но думаю, что приговор «о смертной казни» был слишком крут. Я всегда склонна проявлять терпимость, позволяя нарушителям отделываться небольшими увечьями. Тем не менее ловкачество в очередях никоим образом не должно игнорироваться, иначе это сильно вдохновит деревенщин-провинциалов… Ричард, я купила туфли, исходя из того, что правый ботинок, составная часть протеза, вряд ли подойдет к новой живой ноге.
– Ты права.
– Я купила туфли не в магазине, а на фабрике, где есть пантограф, зеркально скопировавший твой левый ботинок. Правильно я сделала?
– Наверное. Спасибо!
– Надеюсь, все будет в порядке. Если бы не пришлось самолично приговаривать того вонючего прыгуна, я бы не опоздала.
Я недоуменно уставился на нее.
– Скажи, что за порядки здесь царят? Анархия, что ли?
Хэйзел пожала плечами, а Джастин Фут задумчиво произнес:
– Нет, не думаю. Мы еще не настолько великолепно организованы!
* * *
Сразу же после ужина предстояло погрузиться в уже знакомый мне «четырехместный» космолет: Хэйзел и мне, молодому великану по имени Зеб, Хильде (красавице-крошке), Лазарусу, доктору Джекобу Бэрроузу, доктору Джубалу Хэршоу, еще одной рыжеголовой женщине (можно, пожалуй, было бы ее назвать «земляничной блондинкой») по имени Дийти и второй, похожей на нее, как близнец (но не являвшейся близнецом), прелестной девушке по имени Элизабет или Либби. Я всмотрелся в этих двух и шепотом спросил у Хэйзел:
– Они что, потомки Лазаруса? Или твои?
– Нет. Насчет Лазаруса не думаю, насчет себя – уверена. Иначе их рождение не прошло бы мимо меня. Одна из них – из другой вселенной, вторая более чем на тысячу лет старше меня. Так что переложим ответственность на Гильгамеша![51] Да… а за ужином ты не приметил маленькую девчушку, тоже с морковной головкой, ту, что плескалась в фонтане?
– Приметил. Очаровашечка.
– Она… – сказала Хэйзел, но перебила себя. – Спроси меня о ней попозже.
Началась погрузка, жена взошла на борт первой. Я было последовал за ней, но тут молодой великан, крепко взяв меня за локоть, задержал (весил он минимум на сорок килограммов больше).
– Мы еще не знакомы? Я – Зеб Картер.
– А я – Ричард Эймс Кэмпбелл. Рад познакомиться.
– А это моя мамулечка, Хильда Мэйе, – показал он на «китайскую куколку».
Некогда было осмысливать это утверждение. Хильда произнесла:
– Он еще именует меня «сводной мачехой», иногда тещей, иногда миссис.
Учтите, Ричард, Зебби никогда не бывает в точном фокусе, хотя очень мил. А вы принадлежите Хэйзел, что и дает вам ключи от нашего города. – Она положила руки мне на плечи, приподнялась на цыпочки и поцеловала быстро, но весьма тепло и уж вовсе не сухо. Это озадачивало. – Если вам что-нибудь понадобится, только скажите. Зебби все доставит.