От нее исходил такой чистый запах, будто она полчаса назад купалась в детском шампуне Джонсона. В замкнутом пространстве машины он ощущал особую духовную и физическую близость. Длинные пряди пепельных блестящих волос закрыли от него ее лицо, но он помнил его сосредоточенное выражение — дуги бровей сошлись в одну прямую линию, кончик розового язычка чуть заметно высунулся между крепко сомкнутых губ. Он почувствовал, что улыбается. Ну кто бы подумал, что можно получать такое удовольствие от уроков вождения!
— Расслабьтесь, Алли! Это всего-навсего мотор, а не свирепое чудовище. Он вас не унесет, не бойтесь.
— Но так уже раз было. — Голос ее звучал громче обычного, манеры стали более раскованными, даже смелыми. Она явно не собиралась упускать полученный шанс.
— Что вы хотите сказать?
— Я уже пробовала учиться водить, — она бросила взгляд искоса, желая видеть его реакцию, — машина как раз и унесла меня, представляете? Прямо в дерево.
— Врезалась в дерево? Когда же это было?
— Перед окончанием школы. У одного мальчика была своя машина. И мне удалось уговорить его поучить меня водить.
Неважно как, подумала она. Да он слишком возвышен, чтоб спрашивать об этом.
— Но толку от этого не было. В первый же раз я потеряла управление и вылетела с дороги. Машина всмятку.
— Бедняжка Алли! Это было, вероятно, ужасно!
Она подумала, склонив голову набок.
— Да нет, не особенно. Машина-то не моя. Я расстроилась только, что так никогда и не научусь водить, что всегда буду во что-нибудь врезаться.
Он засмеялся.
— Ну, если дело только в этом, то все проще. Наметь себе дерево, в которое собираешься врезаться, и мы точно проскочим мимо него!
Она засмеялась в ответ каким-то неожиданно низким смехом и ослабила хватку на рулевом колесе.