Ближайшее место, где можно было, по идее, найти горючее, оказалось в пятнадцати километрах от временного лагеря группы. После короткого совещания было принято решение, согласно которому в деревню должны были поехать Орехов и Мария — сразу всей группе лишний раз светиться без особой на то необходимости не было никакого смысла.
Пожалуй, карта самую малость все же приврала: вряд ли парочка кое-как сколоченных хижин-бунгало, лодочный сарай и маленькая пристань тянули на то, чтобы гордо именоваться деревней. Так, не то охотничья, не то рыбацкая заимка, если провести аналогию с сибирскими просторами. У пристани покачивалась на воде длинная и узкая лодка с навесным мотором. Это вселяло надежду, что хозяин сейчас дома и не откажется продать пару десятков литров бензина.
Майор и девушка, предусмотрительно переодевшиеся в обычную гражданскую одежду вроде джинсов и штормовок, оставили свое плавсредство километрах в двух от заимки и дальше отправились пешком. Орехов нес в руках две пластиковые канистры, ни на секунду не забывая профессионально настороженно поглядывать по сторонам и под ноги. И уже без всякого профессионализма, но не без тайной приязни, весьма близко соседствовавшей с симпатией, искоса наблюдал, как ловко и непринужденно Мария движется через заросли, порой подходившие к самой кромке воды. Почему-то вспомнились слова одного мужика из старого фильма: «Вот идет чужая баба. И знаешь ведь, что чужая, а — смотреть приятно!» Майор даже усмехнулся своим мыслям — если серьезно, то он ведь даже и понятия не имел, есть ли у Марии муж или друг, а спрашивать было как-то неловко, поскольку к делу это, в принципе, никакого отношения не имело…
Хозяин лодки, неопределенного возраста морщинистый потомок индейцев и конкистадоров, Орехову сразу чисто интуитивно не понравился — слишком уж мужик был малоразговорчив и мрачен. И глаза — не то чтобы испуганно бегали и виляли, нет, но смотрел мужичок все куда-то в сторону, словно видел что-то остававшееся невидимым для других. А вот в глаза майору или девушке так ни разу за все время переговоров и не посмотрел.
— Бензин? Отчего бы и не продать, — мужик поскреб заскорузлой, привычной к веслу и к снастям пятерней седую щетину на подбородке, для чего-то посмотрел на небо, голубевшее среди зеленых ветвей, и направился к лодочному сараю. — Как же это вы в дальний путь отправились и без горючего?
— Так уж получилось, вьехо, — как можно лучезарнее улыбнулась Мария, шагая рядом с майором за хозяином, которого она назвала стариком, на что тот не отреагировал никак.