Перемахнув через несколько изгородей, я оказался на дороге, ведущей к воротам из города. Хромая и шатаясь, я побежал в их сторону. За мной опять послышался стук копыт и крики погони. Развернувшись на бегу, я дрожащей рукой пристрелил двух всадников. Однако за ними я увидел целый отряд и понял, что всех мне их не перестрелять.
Я еще быстрее побежал к воротам. Стражники, поняв, в чем дело, начали опускать на них железную решетку. Двое копьеносцев загородили мне проход, пытаясь проткнуть меня своим оружием. От одного я увернулся, а второго уложил из мухобойки. К этому времени решетка почти совсем опустилась, оставляя между собой и землей меньше полуметра. Я резко упал на землю, быстро подкатился под решетку, встал и побежал по дороге прочь от городских ворот. За это время всадники подъехали к закрытым воротам и кромко ругали стражников за то, что те опустили решетку прямо перед их носом, и дали сбежавшему уйти.
Пока поднимали решетку, я миновал деревянный мостик, переброшенный через защитный ров. Вывихнутая нога и бок сильно ныли, предплечье напоминало о себе резкими приступами боли. Я понял, что в таком состоянии далеко не уйду. Мне надо было раздобыть коня. В это время в сторону города по дороге ехал здоровый воин на большом сильном коне. Через несколько секунд он поравнялся со мной.
– Стой! – закричал я богатырю на коне.
– Что тебе надобно, нищий? – посмотрев на мои лохмотья и жалкий вид, надменно спросил всадник.
– А ну, давай, быстро слазь с коня – он тебе больше не пригодится!
– Если тебе нужен мой добрый конь, то иди сюда и возьми его!
С этими словами воин громко рассмеялся, доставая из ножен свой меч.
– Смотри, парень, я тебя предупреждал.
Сказав так, я выстрелил всаднику в грудь из мухобойки. Однако, вместо того, чтобы мертвым упасть с коня, всадник закричал от боли. Кольчуга на его груди расплавилась и раскалилась добела, словно в горне кузнеца. Я понял, что в моей мухобойке начал садиться заряд и вскоре я не смогу из нее даже разжечь костер.
Я выпалил из своего оружия по воину еще несколько раз, целясь в лицо. Наконец, всадник мертвый упал с коня на обочину дороги. Я быстро влез на его скакуна, пришпорил его изо всех сил и понесся по дороге прочь от Новограда-Залесского.