В сложившейся ситуации уже ничто не могло помешать второй галере выйти на таранный удар и атаковать македонский корабль. Вновь раздался глухой треск разбиваемой древесины, отчаянные крики обреченной команды и торжествующий вой победителей.
Перевес победителей в силе и численности был налицо, и не дожидаясь пока его постигнет подобная участь, оставшийся дозорный корабль обратился в бегство.
Одержанные победы всегда будоражат сердце и мутят разум, ровно и как вид убегающего перед тобой врага. Оставив товарища добивать противника, первая галера бросилась в погоню, чем подписала себе смертный приговор.
Лишившись паруса и части гребцом, с большим трудом она приблизилась к беглецу, стремясь поразить его выстрелом из катапульты. Трижды метательная машина извергала из своего ложа смертоносный снаряд, но каждый раза он бессильно падал за кормой парусника, вздымая вверх фонтан брызг. С огромным ожесточением гребцы обоих кораблей наваливались на весла, стремясь, во чтобы то, ни стало выйти победителями из этой смертельной гонки.
Наконец метателям с галеры удалось поразить дозорного корабля Неарха. Хлестким ударом снаряд разнес в щепки руль и корму парусника, обрекая его на скорую гибель.
Желание добить дозорного было столь велико у капитана галеры, что его не остановило даже появление двух царских триер, заметивших красный флаг на мачте парусника. Презрев возникшую угрозу, галера протаранила несчастного дозорного, удачно развалив его на части с первого удара.
Возможно, к подобной храбрости, капитана галеры подвигло то расстояние, что разделяло его корабль от македонских триер. По его расчетам у него было время расправиться с парусником и отойти с места боя, не попав под обстрел македонских катапульт. Такой временной расклад был вполне правдоподобен, но к огромному разочарованию врага, корабли Неарха стреляли не заостренными бревнами, а камнями, облитыми горючей жидкостью. Этот факт позволял македонцам вести огонь с большего расстояния и наносить противнику максимальный урон.
Имея подобное превосходство, триеры без особого труда зажгли сначала бросившую им вызов галеру, а затем и вторую, решившую увеличить число своих побед. Объятые пламенем корабли, мужественно сражались до конца, стремясь прихватить с собой хоть какое-то количество вражеских жизней.
Получив в бою с противником некоторое повреждение, триеры не стали искать себе нового врага. Ограничившись передачей дозорным сообщения флагами, они принялись вылавливать из воды дозорных, уцелевших после гибели своего корабля.
Только после подхода основных сил флота, триеры двинулись на юг, где повторно обнаружили тайную торговую стоянку арабов. На одном из кораблей находился отряд гоплитов, которые под прикрытием корабельных катапульт были высажены на берег.