Саша зарделась, а Миша, закатив глаза, вернулся на кухню.
– Береги себя.
– Ты запретил даже к окнам подходить. Конечно, сидение на полу в самой защищенной квартире будет просто хождением по острию ножа!
– Я серьезно.
Тяжело вздохнув, она взяла в руки его лицо. – Возвращайся быстрее и сам сможешь проверить мою безопасность.
Бросив на Сашу внимательный взгляд, он вышел за дверь.
– Неужели, мой братец все-таки нас оставил! Чем займемся?
Еще раз, тяжело вздохнув, девушка направилась на кухню. – Я – уборкой, а ты, если хочешь, можешь мне помочь.
– Заниматься этим по доброй воле? Девушка, ты ударилась головой сильнее, чем думаешь, но я могу вылечить тебя бездельем у телевизора.
Как было объяснить, что когда она нервничала, то всегда наводила чистоту и готовила. После смерти матери со второй привычкой пришлось попрощаться, просто некого было кормить тем многообразием кулинарных шедевров, которые выходили из ее рук. Но теперь есть двое мужчин и огромная квартира, простора для творчества более чем достаточно, а ночь еще далеко. Виктор сказал, что когда доберется до места, будет ждать полной темноты, и только тогда пойдет обыскивать домик. А это значит, весь вечер и почти всю ночь делать ей будет нечего. Лучезарно улыбнувшись желающему полодырничать молодому человеку, она отправилась на поиски тряпочки для пыли.
Миша потащился за ней. – Я серьезно, здесь постоянно убирается Фрекен Бок, так что если ты нарушишь ее порядок, у тебя будут серьезные неприятности.
Это заставило девушку остановиться.
– Кто-то сюда приходит?
– Приходит, но по ее поводу можешь не переживать, она тридцать лет хранила государственную тайну, а теперь присматривает за некоторыми бывшими коллегами, чтобы нас не победила собственная грязь.
– Значит уборкой заниматься нельзя, – глубокомысленно произнесла она, девушке не хотелось нарушать устоявшийся порядок в этом доме.
– Нельзя.
– Тогда я займусь стиркой.
– Она и стирает тоже, – спокойно пояснил Миша, – и гладит и вообще все делает, чтобы мы неразумные не умерли от отсутствия женской руки.
– Но, мои вещи я могу постирать сама?
– Ты такая упрямая!
– Спасибо, но сейчас не об этом, если я испеку торт, ты будешь?
Это был вопрос с подвохом, и оба это знали.
– Хорошо, я могу посмотреть телевизор и на кухне. – Согласился Миша. – А какой торт?
Не то чтобы это положило начало их дружбе, но взаимопонимание между ними было установлено. По какой-то необъяснимой причине, Саша воспринимала его как ребенка, хотя по возрасту они скорее всего были ровесниками.
– Пока я буду готовить, может смогу выудить из тебя пару историй о вас с Виктором?