Некоторое время Ирвинг пребывал в шоке, затем его охватила невыносимая боль, его рот открылся, а глаза, напротив, закрылись. Ему показалось, что он плывет в воздухе, а ноги вдруг куда-то исчезли, как и руки за несколько мгновений до этого.
Тут он почувствовал, что лежит на спине на толстом ковре. Затем он уже ничего не чувствовал, кроме нечеловеческой боли. Затем и боль исчезла, а на ее месте возникла страшная пустота.
Чиун решил спуститься вниз и подождать в вестибюле. Когда же доставят его видеокассеты? «К счастью, – думал он, – скоро появится Римо. Пусть немного приберется, а то в номере сделалось... неуютно».
– Римо, – сказала Зава. – Это Йоэль Забари, глава «Захер лахурбана», а это Тохала Делит, мой непосредственный начальник. Господа, это Римо Уильямс.
– Мистер Вил Ямс? – повторил Йоэль Забари.
– Мистер Забор, мистер Делюкс, – сказал Римо.
– Забари и Делит, – поправила Зава.
– Понял, – отозвался Римо.
Они стояли в комнате на третьем этаже агентства по ядерной безопасности. Они приехали сюда после трех с половиной часов гонки по пустыне. Но это не выветрило из их памяти воспоминания о ковре из благоуханных и красочных цветов.
В офис Забари внесли два дополнительных мягких красных кресла и поставили одно против стола Забари, другое – напротив того места, где обычно сидел Делит.
Итак, Зава и Римо вошли в комнату, где уже сидели Забари и Делит. Зава, лицо которой приобрело румянец и удивительную нежную гладкость, подошла и села рядом с Забари, напротив Делита.
– Присаживайтесь, пожалуйста, – сказал Забари Римо по-английски, но с сильным акцентом. – Зава, ты выглядишь очаровательно. Мистер Уильямс, я очень рад нашей встрече.
Римо обратил внимание, что эти слова произнесла половинка рта хозяина кабинета. Выражение его настоящего глаза и интонации, с которыми были сказаны эти слова, означали примерно следующее: «Очень приятно встретиться со столь опасным человеком в обстановке, где в случае чего его можно спокойно отправить на тот свет».
Римо сел в кресло напротив Забари.
– Ловко вас изукрасили! – сказал он. – Что, мина? Да, жить здесь – невелика радость. Ну и страна у вас, я вам скажу!
Зава засопела, и щеки ее приобрели цвет супа с помидорами. Забари, однако, отнесся к этому совершенно спокойно и ответил миролюбиво:
– Это и есть знаменитая американская прямота, так? Ну, разумеется, мистер Уильямс, мы не можем нести ответственность за возникшие у вас проблемы. Туристы, отправляясь на ночную прогулку по пустыне, должны соблюдать осторожность. Как гласит Талмуд: «Сегодня человек здесь, а завтра в могиле».