– А кто-нибудь из говорящих по-английски знает, что было украдено? – поинтересовался Римо.
– Это означает небольшой портативный атомный снаряд и взрыватель к нему.
– Ладно, что я могу сделать?
– Воров никто не видел, поэтому мы ничего не можем о них сообщить, – сказал Смит. – Но мне только что передали, что некоторые средства массовой информации получили сообщение о готовящейся сегодня вечером акции против лабораторий МОЗСХО.
– Ага. Тучи сгущаются, – заметил Римо. – И чем вся эта петрушка грозит?
– Если атомный снаряд взорвется, будет уничтожена вся животная и растительная жизнь на двадцать миль вокруг, – ответил Смит. – Не говоря уже о катастрофическом воздействии на окружающую среду.
– Ну-ка скажите, Палата представителей пострадает, если он взорвется?
– Безусловно.
– Тогда я, пожалуй, лучше пойду посплю, – заявил Римо.
– Это серьезно, – предупредил Смит.
– Ладно, я вас понял, – Римо скользнул мимо Дары Вортингтон и натянул брюки. – Я погляжу, что у нас тут делается. Что-нибудь еще?
– Мне почему-то кажется, что и этого вполне хватит, – отозвался Смит.
Римо положил трубку и похлопал Дару по обнаженной попке.
– Прости, дорогая. Но что-то надвигается.
– Снова? Так быстро? Как мило.
– Работа, – ответил Римо. – Так что держись.
– Твоя тетя Милдред, похоже, довольно требовательная особа, – заметила Дара. – Я слышала, как ты ее так назвал.
– Именно, – подтвердил Римо. – И весьма.
Он задумался над тем, стоит ли предупреждать Дару о подложенной бомбе, но потом решил не делать этого. Все равно, если ему не удастся обнаружить бомбу, шансов выжить не будет практически ни у кого.
Римо прошел в соседнюю комнату, где на полу лежал Чиун, завернувшись в тонкое одеяло, стянутое с кровати.
– Не спишь, папочка? – спросил Римо.
– Спать? Как можно спать, когда тебя просто оглушает шум спаривающихся в соседней комнате лосей?
– Прости, папочка. Так уж вышло.
– Во всяком случае, я с тобой не разговариваю, – заявил Чиун, – а потому буду весьма признателен, если ты соизволишь как можно скорее удалить из моей комнаты свою белесую шумную тушу.
– Вполне возможно, что очень скоро никто из нас вообще не будет ни с кем разговаривать, – сказал Римо. – Кажется, сюда подложили бомбу.
Чиун ничего не ответил.
– Атомную бомбу.
Чиун молчал.
– Я сам этим займусь, Чиун, – продолжал Римо. – Но я не очень хорошо знаю, как искать бомбы. А если я ее не найду, и мы все дружно отправимся в царство небесное, то, на всякий случай, я хотел бы, чтобы ты знал: понимаешь, я страшно рад, что мы с тобой познакомились.
Чиун сел и покачал головой.