– Никогда не верьте обещаниям политиков, – назидательно заметил Римо и железным краем ладони раскроил череп бывшего мэра. – Не надо было высовываться, – добавил он, когда Картрайт упал.
Римо прошел на капитанский мостик, завел мотор и, включив автоматический режим, направил судно в открытое море. Затем спустился в машинное отделение и опорожнил одни из топливных баков, вылив из него горючее на пол. Для пущей надежности он полил это все бензином и набросал в коридоре пропитанные бензином тряпки и бумагу.
Бросив на тряпки горящую спичку, отчего все вокруг-моментально вспыхнуло, он взбежал на палубу и спрыгнул оттуда вниз, в свою маленькую моторку, которую тащила за собой мощная яхта. Отвязав лодку от яхты, он некоторое время дрейфовал на волнах, а потом завел мотор и повернул к берегу.
На полпути Римо услышал страшный взрыв. Обернувшись, он увидел, как полыхнуло пламя. Тогда он заглушил мотор и стал наблюдать. Пламя весело полыхало, постепенно превращаясь в огромное зарево, а потом раздался новый взрыв, от которого у пего чуть не лопнули барабанные перепонки.
Мгновение спустя море вновь было спокойно.
Некоторое время Римо продолжал смотреть туда, где только что находилась яхта, а потом снова запустил мотор.
Вечером он смелел программу новостей.
Там одна запутанная история сменялась другой. Намекали, что, передав признание Полани, мэр Картрайт бежал. Высказывалось предположение, что именно Картрайт убил Буллингсворта и Московитца, поскольку они узнали о его грешках, а потом прикончил и шерифа Клайда Мак-Эдоу, тело которого нашли на автостоянке перед зданием муниципалитета, – за то, что тот хотел помешать ему бежать.
Затем говорили об убедительной победе Мака Полани, показывали репортаж о его пресс-конференции, на которой он объявил о первом назначении в администрации города. Он назначил миссис Этель Хиршберг городским казначеем.
Миссис Хиршберг вырвала у него микрофон и заявила:
– Клянусь относиться к городским деньгам, как к своим, присматривать за мэром и относиться к нему, как к родному сыну. У меня на это довольно времени, поскольку мой собственный сын мне даже не звонит.
Римо больше не мог этого выносить. Он выключил телевизор и набрал номер.
Раздался гудок. Потом второй. Когда телефон прозвонил в третий раз, на том конце провода сняли трубку.
– Да? – произнес кислый голос.
– Это Римо.
– Слушаю, – сказал доктор Смит. – Я вас узнал. Хотя прошло много времени с тех пор, как мы беседовали в последний раз.
– Похоже, я решил все ваши проблемы.
– Да? Я и не знал, что у меня были проблемы.