Они отодвинули длинный занавес, отделявший одну комнату от другой, и, увидев на стене картину, сразу же догадались, что за ней находится сейф.
— Вряд ли нам удастся быстро открыть его, — сказал Ван Фусэн. — Придется долго подбирать комбинацию цифр.
Он подошел к кровати, нагнулся, заглянул под нее и, к изумлению Илая, выдвинул оттуда богато украшенный гроб. Затем протащил его по полу и оставил на середине комнаты.
Илай с некоторым испугом смотрел на его действия, не проронив ни слова. Наконец он обрел дар речи и пробормотал:
— Господи, что это? Гроб…
Ван Фусэн достал из-под кровати крышку гроба, обитую шелком, и перенес ее на середину комнаты.
— Илай, помоги мне, — попросил он. — Пойдем в ту комнату.
Они остановились около мертвого Линь Кэ, и Ван Фусэн, приподняв его за плечи, сказал:
— Бери его за ноги.
Илай вздрогнул и почувствовал на своей спине легкий холодок страха. Под пристальным взглядом Ван Фусэна он собрался с духом и взялся за ноги мертвого китайца.
Они положили тело в гроб. Ван Фусэн согнул длинные руки Линь Кэ на груди.
Ван Фусэн еще раз взглянул на мертвого и отошел в сторону.
— Объясни мне, что все это значит? — спросил Илай.
— Это старинный китайский обычай, — сказал Ван. — Пожилые люди заранее покупают себе гробы и держат их в доме.
— Ну и ну! — покачал головой Илай. — Жуть какая-то! — Он внезапно рассмеялся:
— Может, нам тоже завести такую моду — хранить гробы под кроватью? — И уже серьезно спросил:
— Но зачем ты сам положил его в гроб? Ведь Линь Кэ был преступником, ты так долго охотился за ним, ненавидел его…
— Да, Илай, ты все правильно сказал, кроме одного: Линь Кэ был достойным соперником — умным, хитрым и проницательным. Он вызывал у меня невольное уважение. Он был незаурядным человеком.
Илай достал сигару, раскурил ее. Потом сказал:
— Что ж, одну часть задания я выполнил. Если бы не ты, мне вряд ли бы это удалось. Но остался нерешенным главный вопрос: каким путем наркотики поступают в Штаты? Линь Кэ мертв, и как нам теперь докопаться до сути?
— У китайцев есть замечательная черта характера, которую другим людям неплохо бы перенять, — отозвался полицейский.
Илай удивленно посмотрел на него:
— Какая же?
— Терпение, Илай. Китайцы умеют ждать.
И Ван Фусэн загадочно улыбнулся.