Выступление в "Гарлеме" со всей группой прошло хорошо.
Хотя отношения между мной и Джанет всё ещё были холодными. Уиллис вызвал нас, желая узнать, что случилось. Думаю, она ожидала, что я рассказала бы о наших разногласиях: о наркотиках и ее друзьях-наркоманах — но я не стала.
Вместо этого я сказала Уиллису, что у нас были разногласия по поводу того, кто самый авторитетный гитарист современной рок-эпохи — Джимми Хендрикс>34 или Джимми Пейдж>35.
Он сказал, что все понимал, хотя у нас обеих были хорошие доводы, но нам нужно было преодолеть наши разногласия, как нож, разрезающий арахисовое масло... или майонез... или что-то ещё, что не имело никакого смысла. У него действительно были самые безумные аналогии.
Как только он ушел, Джанет повернулась ко мне с сердитым взглядом, но уже выглядела менее враждебной.
— Почему ты не рассказала ему?
— Не рассказала ему что?
— Ты знаешь что.
— А зачем мне это? Это не мое дело. Если хочешь погубить себя, это твое дело. Но я не хочу смотреть на то, как ты это делаешь.
Ее хмурый взгляд сменился на недоверчивый.
— Почему ты ведешь себя так странно из-за этого? С тобой что-то случилось?
— Нет. Но тот факт, что ты думаешь, я странная, потому что не терплю героин, немного огорчает. Правда в том, что я терпеть не могу людей, которые растрачивают свой потенциал и в процессе уничтожают себя.
— Хммм... — Свирепый взгляд исчез, оставляя тревожную хмурость. — Видишь ли, я абсолютно не согласна. Героин помогает мне увидеть мир по-иному, открывает мой разум. Заставляет чувствовать себя свободной. Это не разрушает меня, это улучшает меня.
Я уклончиво пожала плечами, потому что ее слова казались безумием. Я никогда не употребляла наркотики, так что не могла прокомментировать ее авторитетное заявление, основанное на личном опыте. К тому же, у нас было пятнадцать минут до начала выступления — сейчас было не время указывать на обширные исследования, которые доказали, что героин уничтожал людские жизни. И к тому же, как-никак, он убивает людей.
Вместо этого я вытащила галстук-бабочку из сумки и, извинившись, отправилась в дамскую комнату. Я могла бы прикрепить ее и за кулисами, но только что вошел Абрам, а я обнаружила, что его присутствие сильно отвлекало. И волновало меня. Поэтому я стала избегать его.
Я нравилась ему. Я знала это. Несмотря на его предложение, чтобы я нашла себе парня для отвлечения, я не была глупой и заметила огромный неоновый намек, который он обрушил на мою голову в прошлую субботу. По словам Абрама, он ждал бы, пока я бы увидела и заметила его.