Оруженосцы приступили к подробному описанию возможных союзников, завершая каждую характеристику краткими выводами. Если им верить, получалось, что большинство рыцарей можно было поднять среди ночи, сказать «Надо!», добавив «Клянусь рыцарской честью!», и они пошли бы рубить кого угодно. В меру, конечно, без фанатизма. Тех же горожан они ни за что не стали бы убивать без веских причин.
Но и некие темные лошадки, скрытные и подозрительные типы в рыцарскую среду затесались. Один невесть на что живет, излишне тратя. Другой — покупает недвижимость, ничего раньше не имея за душой. Третий — без меры жадный и слишком многих презирает. Четвертый и вовсе поступает не по-рыцарски в каких-то важных мелочах.
Пусть Петри с Ольгердом только год (о, удалось и это выяснить попутно!) здесь подвизались при молодом рыцаре Шестопере, но сумели узнать уйму полезных сведений. Недаром говорится: о чем господа еще не догадываются или пытаются умолчать — кухарки с конюхами давно обсудили и уже забыть успели.
И что интересно, некоторые рыцари, которых Грин записал во враги и в личные недоброжелатели, оруженосцами рекомендовались как надежные соратники, которым можно доверить прикрывать спину в бою.
В любом случае он для себя сумел составить некий список из десятка, а то и пятнадцати товарищей, которых можно было утром пригласить на рандеву с фальшивым купцом. И, входя в цитадель, уже прикидывал, к кому обратиться первому.
Вот тут и пошло крушение всех планов. Стоящий на входе дежурный передал приказ:
— Шестопер! Немедленно явиться в приемную палату князя! Тебя уже по всему городу полчаса ищут, с ног сбились. Сам великий светлый волхв Гонта сюда два раза прибегал, о тебе спрашивал. А ты и сам явился не запылился.
— Понял, уже бегу! — ответил Грин, поспешно отдавая распоряжения парням: — Пока ничего не предпринимайте, но сами приготовьтесь! И это… волнуюсь я что-то, все из головы вылетело… Кто мне напомнит, как правильно надо князя приветствовать?
Уже ничему не удивляясь, оруженосцы дали ему необходимую консультацию.
Отправив их в казарму, Василий обратился к Боджи: «Может, ты где-то в другом месте пересидишь? Все-таки рядом с нами будет находиться о-го-го какой власнеч!»
«Ну и что? — хмыкнул домовой. — Если я ему на глаза не покажусь, он меня и не заметит. А нужную подсказку всяко тебе дать успею. С этими князьями всегда ухо надо держать востро, неизвестно, что им в голову взбредет. Или ты догадываешься, о чем речь пойдет?»
«Ни малейшего понятия! Разве что… граф Левадский нажаловался на мою неуместную дружбу с ведьмой? Но неужели князь станет в такие мелочи вникать?»