Джордж на правах хозяина рассаживал гостей.
— Сандра, не сядете ли вы здесь справа от меня? Рядом с вами — Браун. Ирис, дорогая, это твой праздник.
Ты должна сидеть возле меня, далее вы, Фаррадей. Потом вы, Руфь.
Он замолчал — между Руфью и Антони оказалось свободное кресло, стол был сервирован на семерых.
— Мой друг Рейс, возможно, немного задержится. Сказал, чтобы мы не ждали его. Он присоединится позднее. Мне бы хотелось познакомить вас всех с ним — замечательный парень, исколесил чуть ли не весь свет и может рассказать много интересного.
Ирис, усаживаясь, почувствовала досаду. Джордж специально посадил ее отдельно от Антони. Руфь должна была сидеть на ее месте, возле хозяина. Значит, Джордж по-прежнему не любит Антони и не доверяет ему.
Она украдкой взглянула на него. Антони нахмурился. На нее не смотрел. Искоса бросил взгляд на пустое кресло возле себя, сказал:
— Рад, что будет еще один мужчина, Бартон. Возможно, мне придется пораньше уйти. Дело не терпит отлагательств. Случайно встретил здесь одного знакомого.
Джордж улыбнулся:
— Деловые свидания в свободное время? Вы слишком молоды для этого, Браун. А чем вы все-таки занимаетесь?
Последовала томительная пауза. После продолжительного раздумья Антони холодно ответил:
— Организую преступления, Бартон. Обычно я всегда так отвечаю, когда меня об этом спрашивают. Устраиваю грабежи. Разрабатываю воровские операции. Приходится со многими встречаться, договариваться.
Сандра рассмеялась.
— Вы имеете какое-то отношение к производству оружия, не так ли, мистер Браун? В наше время фабриканты оружия самые страшные преступники.
Ирис заметила промелькнувшую во взгляде Антони растерянность. Он шутливо сказал:
— Не выдавайте меня, леди Александра, дело совершенно секретное. Повсюду иностранные шпионы. Не будем столь легкомысленны.
Он с нарочитой серьезностью покачал головой.
Официант забрал блюда с устрицами. Стефан спросил Ирис, не хочет ли она потанцевать.
Вскоре все уже танцевали. Напряженность рассеялась.
Наступила очередь Ирис танцевать с Антони.
Она сказала:
— Джордж поступил отвратительно, не позволив нам сидеть вместе.
— Он поступил замечательно. Когда ты сидишь по другую сторону стола, я могу все время тобой любоваться.
— Ты в самом деле должен будешь уйти?
— Должен. — Вдруг он спросил:
— Ты знала, что придет полковник Рейс?
— Не имела ни малейшего представления.
— Тогда это довольно странно.
— Ты его знаешь? О, да, ты на днях это говорил. Что он за человек?
— Никто толком не знает.
Они возвратились к столу. Празднество продолжалось. Рассеявшаяся было напряженность постепенно снова сгустилась. За столом царило напряженное ожидание. Лишь хозяин казался веселым и беспечным.