– Эксетерский собор, – пояснил Саймон. – Кучер, придержи лошадь!
Высунувшись из окна, Элис смотрела во все глаза. Наверное, были какие-то специальные слова для описания всех частей собора – слова, которых она не знала и знать не желала. Но изысканное окно-розетка, статуи святых над дверью и устремленные в небо башни – все это ошеломило ее.
– Сколько ему лет? – спросила Элис.
– По-моему, последняя пристройка, вон та, была закончена… примерно в 1400 году. Я не слишком хорошо знаю историю Эксетера, поэтому больше ничего не могу сказать.
– Его ведь построили без современных инструментов?..
Саймон кивнул, и Элис воскликнула:
– Подумать только, на что может подвигнуть вера!
– Скорее безумие или вдохновение. Разница не слишком существенная. – Саймон постучал по стенке экипажа. – Вези дальше!
– Спасибо, – прошептала Элис.
– За что? – удивился он.
– За то, что остановил кеб, чтобы я смогла получше все рассмотреть.
Он улыбнулся:
– Я был бы очень плохим гидом, если бы не показал тебе этот собор.
– Ты, конечно, считаешь меня ужасно отсталой. Разеваю рот на все подряд.
– Не приписывай мне такие мысли! – воскликнул Саймон. – Я ничего такого не думаю. Ты всю жизнь жила в маленькой деревне, поэтому не видела этот прекрасный собор. И любопытство к подобного рода вещам – это очень хорошо. Знаешь, кто вечно скучает и на все смотрит свысока? Узколобые тупицы. Я не хочу такого общества. И встревожился бы, если бы ты не восхищалась собором.
Слова Саймона немного удивили Элис. Уж не задела ли она его за живое? Что ж, если вспомнить, как он описывал своего отца… Его, вероятно, учили ничем не восхищаться, разыгрывать пресыщенность и на все смотреть свысока. Но все же Саймон… он совсем другой.
Они продолжали катиться по улицам Эксетера, иногда проезжая мимо мужчин и женщин, толкавших перед собой тачки, и мусорщиков, подметавших улицы. Здания становились все роскошнее, и Элис почему-то почувствовала себя неловко.
Наконец кеб остановился перед трехэтажным домом с красивой, красной с золотом, маркизой и медными перилами по обе стороны устланного ковровой дорожкой крыльца.
– Отель «Империал»! – объявил кучер.
Саймон спрыгнул на тротуар, заплатил кучеру и снял с сиденья Элис. Взяв вещи, он предложил «супруге» руку, и они поднялись на крыльцо. За стеклянными дверями виднелся вестибюль – роскошные ковры, плюшевые кресла около белого каменного камина и даже высокие растения в китайских вазах. Неудивительно, что у отеля такое название. Он и выглядел как сверкающий дворец императора.
Газовые лампы горели неярко, и, дернув за ручку стеклянной двери, Саймон обнаружил, что она закрыта. Он нажал маленькую кнопку, и тут же появился мужчина в модном костюме.