Ага, сама!
— И к какому неправильному выводу ты пришла? — поинтересовался он, когда мы вошли в столовую.
Возле пищевых автоматов привычно толпился народ. Райни, прогуливавшая астрофизику, потому что не сделала домашнее задание, заняла мне место за столиком около большого, с видом на стадион, окна. Махнула приветственно, но, заметив Дайхама, сникла.
— Я тебе не подхожу, — ответила ему, увидев, как вытянулось лицо подруги.
— Ты забыла поинтересоваться моим мнением.
— Ты меня не знаешь, Рихар Дайхам! Я… У меня ужасный характер, — сообщила сыну советника, когда тот, невзирая на протестующие вопли, оттеснил народ от пищевого аппарата, создав для меня прямой доступ к еде. — Неужели до сих пор не заметил?
— Я готов рискнуть. Будешь коктейль?
Не дожидаясь ответа, загрузил на поднос двойную порцию всего, что давали и отнес за столик к Райни. Сел на свободный стул, покосился на место рядом с собой. Подруга, кинув на меня красноречивый взгляд, ретировалась, сославшись на дела. Ясное дело, бросила!
— Хорошо, — сказала настойчивому рагханину, усаживаясь рядом. — Хочешь честного ответа? — Да, пожалуйста, я сегодня недобрая! — Ты мне не подходишь. Моя судьба не связана с Рагхой. Вернее, она не связана ни с кем из…
— Из моего племени, — добавил он. — Думаю, Майри, но ты опять пришла к неверному выводу.
Доказывать что-то Дайхаму — дело бесполезное, это я давно уже поняла. Поэтому встала и ушла, хоть он пытался меня задержать. На выходе из столовой столкнулась с заплаканной Андхой. Девушка попыталась задеть меня плечом, но я увернулась. Только драки мне не хватало! Андха кинула мне вслед проклятие, послав… Далеко, в местный филиал ада. Но она не знала, что там я уже побывала. Центральная Тюрьма Рагхи — чем не наказание за мои грехи? Возвращаться туда я не собиралась, Лайам мне все правильно объяснил.
«Я могу понять твое увлечение этим рагханином, — сказал приемный отец, — но, Майри-Айна, ты должна помнить, кто он и кто ты. Остановись! Одно неосторожное слово, неловкий промах или, не дай Темные Боги, дойдет до анализа ДНК… Этот мальчик будет первым, кто сдаст тебя властям. Именно он будет стоять в суде, ожидая смертного приговора. Рагхане ничего не знают о человеческих чувствах, им неведомо сострадание и любовь. Единственное, что они в состоянии любить — свою Империю и Императора, потому что для них это единое целое. Остальное — ветошь, сор под ногами. Мы же для них — люди второго, даже третьего сорта. Массовка, Майри!»
— Рихар не такой, — выдавила из себя, но так тихо, чтобы Лайам не услышал.