Так что найти золото для археолога – это не достижение. Скорее это наказание, и хотелось бы знать – за что…
Если золота и не находят, всегда есть недоверчивые люди, которые захотят проверить. Рассуждают они просто. Мы люди деревенские, чего-то, может быть, и не знаем. Но вот археологи знают, где копать и как копать. Вот они начали раскопки… Если дать им продолжать, они по-тихому вынут золото и сделают вид, что его здесь никогда и не было. Надо проверить!
Недоверчивые местные люди по ночам проникают на раскоп, когда уже появились первые находки, и проверяют, есть там золото или нет… Проверяют они просто: копают где попало, ищут золото и разрушают как раз драгоценный культурный слой.
Поэтому давно существует твердое правило – сразу же после первых находок раскоп без охраны не остается. Если ездить далеко, ночные дежурства устраивают с самого начала, чтобы можно было оставлять прямо на раскопе, не возить каждый день инструменты, кружки, котелки, чайники для перекуса.
На раскопе ставят палатку, организуют в ней место для жизни одного-двух человек. Одного-двух, потому что одни люди охотно остаются в одиночестве, а другим ночевать возле раскопа в одиночку становится как-то неуютно. А вот супружеские… и вообще пары обычно дежурят охотно.
Вечером, с концом работы, все собираются в лагерь. Сторожу оставляют все необходимое для спокойного приятного дежурства – чай, сахар, продукты, курево, заряженную солью двустволку, огромных размеров кованый кинжал. Первую половину ночи дежурный вроде бы не должен спать. Зато весь лагерь встает в восемь часов под удары рельса, а дежурный мирно дрыхнет до приезда рабочих из лагеря.
Формально он должен не спать и под утро, даже ранним утром, потому что деревни встают рано, любители покопаться в раскопе могут явиться и в 5, и в 6 часов, с первым светом… Но опыт говорит, что если посетители приходят, то в первую половину ночи, и потому после полуночи караульный мирно спит.
Женщину в золотых ножнах должен был охранять один отпускник… инженер с питерского крупного завода, Герасим. Он сам хотел остаться один после разочарования, постигшего его с одной дамой.
Б. еще раз проверил, как дежурный понимает свой долг, есть ли у него еда и чай, и уехал, чтобы встретиться назавтра примерно в 10.
Но противу всех планов инженер Герасим сам оказался в лагере примерно в 6 часов утра, мокрый и почти что невменяемый. Судя по всему, он с первым светом помчался в лагерь, ломился напрямик, через кусты и высокую траву. С безумно вытаращенными глазами, лязгая челюстью, сидел он, забившись в палатку. Крупная дрожь колотила его, буквально скручивала тело, мешая трясущимся рукам забрасывать вещи в рюкзак.