– Вы действительно не должны делать этого, Ксандер.
– Нет, определенно должен, – напряженно сказал он. – Я несу ответственность за то, что он пришел сюда, и не намерен оставлять вас наедине.
– Но…
– Прошу тебя, пройди в мой кабинет, – мягко сказал он и, повернувшись, вышел в коридор, намеренно оставив свою палку у барной стойки.
Последнее, что он хотел, – это появиться физически слабым перед Малькольмом Говардом.
Именно поэтому, когда двери открылись, явив неожиданного и нежеланного гостя, Ксандер стоял, небрежно прислонившись к стене. В глазах Ксандера был вызов, когда Говард вышел из лифта в коридор. Ксандеру он не понравился с первого взгляда.
По многим причинам.
Потому, что он когда-то нравился Саманте.
Потому, что он был на ней женат и не ценил ее, как того она заслуживала.
Потому, что он был отцом Дейзи.
Но более всего потому, что он принес в их жизнь страдания.
Чувство неприязни, очевидно, было взаимным, потому что лицо Малькольма покраснело от гнева, когда он посмотрел на Ксандера.
– Знаете ли вы о том унижении, которое мне пришлось испытать по вашей вине, когда я вчера вечером с моей дамой приехал в клуб, а там мне сообщили, что всемогущий Ксандер Стерн лично отменил мое членство?
Верхняя губа Ксандера изогнулась от отвращения. Говард знал, что его бывшая жена и дочь в настоящее время временно проживают в его квартире, но все, что беспокоило Говарда сейчас, – это отмена его членства в одном из клубов Ксандера.
Ксандер сжал кулаки. И только вера Саманты, ее абсолютная убежденность в том, что он не был жестоким человеком, как его отец, сдерживала его.
– Вы больше не соответствуете критериям членства в ночном клубе «Мидас», – резко ответил Ксандер, одновременно проклиная себя за свои импульсивные действия. Отменив членство этого человека, он преждевременно открыл свои планы.
Эта глупая выходка со стороны Ксандера, даже мелкая, и стала причиной нежелательного появления Говарда в его квартире.
Но даже мысль о том, что однажды он придет в клуб и увидит там этого человека, наслаждающегося жизнью, человека, способного шантажом затащить свою бывшую жену в постель, была слишком неприятной. Он уже не был уверен, что веры Саманты в него будет достаточно, чтобы суметь удержать себя в руках.
– И какие это критерии должны быть? – с вызовом спросил Говард. – Ни одному человеку не позволено быть членом ночного клуба «Мидас», если вы спите с его бывшей женой? Если так, то я удивлен, что в Лондоне есть еще мужчины, способные посещать ваш клуб!
Ксандер мысленно досчитал до десяти.
Он был полон решимости не подводить Саманту и не дать своему характеру одержать над собой верх.