– Какая трогательная сцена, – презрительно сказал Малькольм позади них. – Может, вы уберете руки от моей бывшей жены подальше, и мы сможем начать разговор.
Сэм воспользовалась коротким отсутствием Ксандера, чтобы настроиться соответствующим образом и не показывать Малькольму никакой реакции на его присутствие, но она не могла справиться с тошнотой, которая сейчас накатывалась на нее, пока она слушала его едкие реплики. Она должна помнить, что слова всегда были оружием Говарда.
– Не обращай на него внимания и посмотри на меня, – мягко сказал Ксандер, слегка сжимая ее руки. И когда Саманта выполнила его просьбу, увидела сострадательный и теплый взгляд. – Что бы ни случилось, знай, я здесь, чтобы защитить тебя и Дейзи, – напомнил он. – Я не позволю ему обидеть вас.
На ее глазах заблестели слезы благодарности, она решительно расправила плечи.
– Приступим, – кивнула она.
– Молодец, – пробормотал Ксандер и, сжав ее руки последний раз, отпустил. – Когда я отойду, иди и сядь за стол, – сказал он тихо. – Это даст тебе определенное преимущество, – объяснил он, когда она удивленно взглянула на него.
Сэм улыбнулась, уверенная, что он сам использовал этот прием несколько раз.
– Спасибо, – одними губами сказала она и направилась к столу, отметив, что Малькольм удобно развалился в кресле.
Она села в кожаное кресло с высокой спинкой, стоящее за столом. Она знала, что Ксандер стоит позади нее, прислонившись к стене, чтобы была возможность смотреть прямо на Говарда.
Ее взгляд был ледяным, когда она взглянула на своего бывшего мужа.
– Этот разговор нужно было оставить нашим адвокатам.
Верхняя губа Малькольма приподнялась в усмешке.
– Ой, ой, какой храброй ты стала, как только стала делить кровать с миллиардером.
– Прекрати, Малькольм, – сверкнула она глазами, услышав, как Ксандер дернулся.
– Так спокойно обороняешься от имени своего любовника, – продолжал Малькольм, не отводя взгляда от Ксандера. – Нечего сказать в свое оправдание, Стерн? – с вызовом спросил Говард.
Ксандер надеялся, что его предупреждение поможет и этот разговор будет хоть немного цивилизованным. Но продолжающиеся нападки этого ублюдка ясно дали понять, что этого не произойдет.
– Я не чувствую необходимости оправдываться перед такими людьми, как вы, – презрительно сказал Ксандер. – Вы слабый человек, получающий удовольствие, причиняя боль женщинам и детям.
Пожилой мужчина фыркнул:
– Я не помню, чтобы Саманта тогда жаловалась.
– Может быть, вы просто не слушали?
Выражение лица Говарда омрачилось.
– Вы…
– Давайте просто поговорим о том, ради чего собрались? – вздохнул Ксандер устало, не зная точно, сколько он еще готов терпеть это оскорбительное поведение Говарда.