Он, все еще стоя на коленях, сладострастно улыбнулся. Она не забыла. Она была с мужчинами и до него, но именно с ним она испытывала свои лучшие ощущения в постели. Каждый раз с ним был великолепен, она таяла под ним от удовольствия, теряя сознание от множественных оргазмов. Он знал ее тело лучше, чем она сама. От одной только мысли об этом у нее стало тепло внизу живота. Но она не позволила ему себя отвлечь, продолжала сидеть и наблюдала, что он предпримет дальше.
– Молчишь? – злобно спросил он, от прежней теплоты в его голосе не осталось и следа. – Ну молчи-молчи. Но я заставлю тебя говорить, уж я-то тебя разговорю, сука. Открою твой милый ротик. А потом, когда ты заговоришь, я использую его по другому назначению.
В мгновение ока он вскочил на ноги и бросился к ней. Она метнулась в сторону холодильника. Восторг охватил ее, когда рука нащупала ружье. Но он был недолгим, мужской кулак с силой врезался ей в нос. В глазах потемнело, боль пронзила ее насквозь. Она отлетела назад, больно врезавшись поясницей в стоявшую позади раковину, из шкафчиков посыпалась на пол посуда. Каким-то чудом она не потеряла сознание, только еще сильнее впившись пальцами в охотничью двустволку. Оружие осталось при ней.
– Ну как? Теперь будем говорить? – Он стоял в центре кухни, потирая правый кулак.
Она молчала. Кровь из носа сочилась на подбородок, она чувствовала ее горький вкус.
– Нет? А чего так? Ну ладно, повторим процедуру…
Он снова кинулся на нее. Но теперь она была готова. Перевернула ружье и, что есть силы, ударила его в лицо тяжелым прикладом. От неожиданности он вскрикнул и отступил. Она взвела курки двустволки и прицелилась. Оба ствола смотрели ему прямо в лицо.
– Не подходи ко мне! – закричала она, из-за разбитого носа ее голос звучал гнусаво. – Я не знаю, кто ты, но ты не мой муж! Он сдох в аварии! Вместе с блядью, которая ему отсасывала! Всю жизнь он был полным дерьмом, алкашом и наркоманом, позором своего богатого отца, который всю жизнь откупался от него деньгами. Который даже не пришел на похороны своего единственного сына, только выписав мне чек и прислав открытку с соболезнованиями. Могу показать могилу, я там не была давно, но место вспомнить могу!
Он внимательно выслушал ее гневные, уже давно накипевшие слова. От ее удара его нос скривился набок, из него хлестала кровь, заливая дорогой костюм и белоснежную рубашку. Он улыбнулся ей страшным окровавленным оскалом, два передних зуба оказались сколотыми наполовину.
– Что ты такое говоришь? – с наигранным удивлением спросил он, продолжая улыбаться. – Вот он я. Твой любимый муж.