Дрю отстранился от моего рта, опуская глаза и сжимая в ладонях мою грудь. Он смотрел на то, как перекатывает между подушечками больших пальцев мои соски, пока они не напряглись от его прикосновения, послав импульсы удовольствия прямо к моей промежности и ослабив мои и без того уже хрупкие колени.
Удовлетворенный моим отзывчивым телом, он наклонился ниже, посасывая мой правый сосок и в это же время мягко лаская рукой левый.
Я закатила глаза, пока он переходил от одной груди к другой, кружа языком, цепляя зубами чувствительные вершинки.
— Не могу насытиться тобой, — простонал Дрю мне в грудь.
Его эрекция начала подрагивать в моей руке. Я знала, что он не продержится слишком долго.
— Хочу тебя внутри, — сказала я, задыхаясь, я еле шевелила языком от перевозбуждения.
Дрю отстранился от моей груди и встал в полный рост, прижавшись своим лбом к моему, пока его пальцы продолжали теребить мои соски.
— Прямо сейчас ты убиваешь меня.
— Я? — я едва могла сосредоточиться из-за лавины ощущений, проносящихся по всему телу.
— У меня больше нет презервативов, — процедил он сквозь сжатые зубы.
Я начала двигать рукой жестче и быстрее.
— Я знаю, как импровизировать.
Из горла Дрю вырвалось рычание, которое быстро превратилось в стон. Он убрал руки от моего тела и ударил по стене рядом с моей головой.
— Черт, Энди. Черт. Черт. Чеееерт.
Я продолжала двигать рукой, доводя его до предела, искренне желая подарить ему освобождение. Даже после того, как кончил, он продолжал прижиматься своим лбом к моему. Его грудь вздымалась, пока он пытался отдышаться.
— Пообещай, что мы сделаем это снова.
Я рассмеялась, уклоняясь от ответа. Парни много чего говорят после нескольких хороших оргазмов. Возможно, я никогда его больше не увижу. От этой мысли я перестала смеяться, а в животе завязался неприятный узел.
Дрю отстранился и посмотрел мне прямо в глаза.
— Нет, я серьезно. Пообещай, что мы сделаем это снова.
Я рассматривала бурные зеленые океаны его глаз, пока он пристально смотрел на меня сверху вниз. Он серьезен. И мне очень понравилось, что он серьезен.
— Хорошо.
Он расслабился.
— Слава Богу.
Остаток времени мы потратили, поочередно намыливая друг друга. Как только он закончил меня мыть — и я имею в виду каждый сантиметр моего тела, не пропустив ни единого — я провела мыльной мочалкой по нему, впервые исследуя каждую его частичку. Его рельефные мышцы пресса. Мускулистую спину. Сильные ноги. Ямочки над его задом. И каждый сантиметр был лучше предыдущего.
— Надеюсь, ты сдержишь свое обещание, — сказал он, когда я провела мочалкой по его плечам.