— Тебя беспокоит то, что не будешь трахаться, после того как я уйду?
Дрю нахмурился.
— Девчонки могут испугаться дотронуться до тебя, — пояснила я. — Как только они узнают, что ты был в коме.
— Какие девчонки?
Я пожала плечами.
— Не знаю. Фанатки. Другие девчонки.
— Меня не интересуют другие девчонки.
Мой желудок сжался, скрутился и перевернулся. Он же не серьезно. Хотя каждая частичка меня надеялась, что он серьезен.
— Дрю? Ты никогда не говорил мне, что произошло с тобой.
Его лицо помрачнело.
— Ты никогда не спрашивала.
— Ну, теперь спрашиваю. Что произошло?
Он отвел глаза и быстро ответил.
— Я сделал кое-что глупое.
Я нахмурилась.
— Играя в футбол?
Дрю одновременно пожал плечами и кивнул.
По его напряженному телу можно сказать, что он не хочет говорить об этом.
— Ладно, ты планируешь сделать это снова?
Он перевел взгляд на меня и покачал головой. Дрю даже не попытался скрыть серьезность в своем голосе.
— Нет.
— Ну и чудненько. Потому что я действительно не испытываю желания снова говорить с тобой, когда ты молчишь. Или иметь дело с теми ужасными побочными эффектами.
Мне казалось, что поддразнивание снимет напряженную атмосферу, возникшую из-за моего любопытства, но Дрю оставался серьезным.
— Я не хочу, чтобы это заканчивалось.
Я прижала ладонь к его влажной щеке.
— Почему так серьезно?
— Я знаю, что у нас были проблемы.
— Это еще мягко сказано.
Он даже не улыбнулся.
— Просто не хочу никакого недопонимания, — он попытался улыбнуться, но я увидела в его глазах что-то еще. Нерешительность. Страх.
— Конечно. Никакого недопонимания.
Час спустя он провел меня к моему кондоминиуму. Странное ощущение вернуться домой. И еще более странно — присутствие здесь Дрю, неловко уставившегося на меня сверху вниз. После всего, что произошло между нами, я чертовски уверена в своих хрупких чувствах к Дрю Слейтеру. И в ближайшее время они никуда не денутся.
Он заставил себя улыбнуться.
— У тебя есть мой номер. Я надеюсь, что ты будешь использовать его. Часто.
— Что произошло, что я больше не раздражаю тебя?
Озорная улыбка появилась на его губах — тех же самых губах, которые мне будут сниться после того, как он уйдет. Губы, которые сделали мое тело очень-очень счастливым.
— Все меняется.
— Кто тебе сказал, что я не начну требовать чрезмерного внимания и не стану писать тебе каждый час?
Дрю покачал головой.
— Не станешь. Но для ясности, я не против поздних ночных звонков с предложением встречи ради секса. Собственно говоря, я буду им рад.
— Ладно, думаю, поживем — увидим.
Улыбка исчезла с его лица, и он кивнул. Затем наклонился и нежно прижался своими губами к моим, пробуя их, словно они были деликатесом. Чем-то, что он никогда снова не сможет попробовать.