Выступив в качестве свидетеля, Монк поспешил покинуть здание суда. Оставшись там, он все равно не сумел бы ничего добиться, а кроме того, продолжавший разъедать его душу страх настойчиво заставлял сыщика поскорее выяснить правду насчет Друзиллы Уайндхэм. Речь шла уже не том, что она могла испортить ему репутацию и оставить без средств к существованию. Детектива теперь преследовал вопрос, по какой причине он заставил ее так поступить, не пожалев при этом самой себя.
Она обвиняла его в оскорблении действием, в том, что он пытался насильно ею овладеть. Что, если Уильям на самом деле попробовал сделать это когда-то в прошлом, несмотря на то что во время их последней встречи он явно не предпринимал подобных попыток?
Эта мысль вызывала у Монка отвращение. Он не находил никакого удовольствия в том, чтобы испытать с женщиной близость против ее воли. Это действо казалось ему унизительным для обоих его участников, будучи начисто лишенным нежности, достоинства и духовной близости, превратившись в чисто физическую связь, о которой потом неизбежно придется вспоминать с чувством стыда, сожаления и сознания абсолютной бессмысленности такого поступка.
Неужели он оказался способен на такое?!
Это представлялось сыщику возможным лишь в случае, если он являлся раньше совершенно другим человеком.
Однако страх буквально сжигал его, заставлял просыпаться по ночам, задыхаясь и испытывая неожиданный леденящий озноб. Что, если его опасения окажутся не напрасными?
Из Олд-Бейли Уильям отправился прямо к Ивэну. Он решил, что обязательно посмотрит записи лично, даже если его придется доставить в участок в один из вечеров под видом свидетеля или подозреваемого, чтобы он получил возможность взглянуть на свои старые дела, закончившиеся разорением или смертью подследственного.
Но Джона опять не оказалось на месте, и сыщику пришлось ждать. Он принялся расхаживать из угла в угол, вздрагивая каждым мускулом и преследуемый мучительным отчаянием.
Дежурный сержант смотрел на него с нескрываемым сожалением.
– У вас неважный вид, мистер Монк, – заметил он, наконец. – Если это на самом деле срочно, я могу сказать, где сейчас мистер Ивэн.