— Это экспедиция за пыльцой! — заорал Гробус.
Если бы я сейчас так заорал — вы бы на неделю оглохли. Но у меня так даже не получится.
Тохтамыш минут пять башкой мотал и уши себе по-всякому растирал, пока они не заработали.
— Другого объяснения нет! Это значит, что они готовят атаку, и хотел бы я знать — на которую из планет нашей трассы, — говорит он.
Серые корсары промышляли на двух трассах, пока наши союзники, шупулянцы, их не уничтожили. Я даже подозреваю, что съели.
— Скинуть на поверхность пару бомбочек с пыльцой, а сорок восемь часов спустя прилететь и забрать все ценное, — добавляет Тохтамыш. — Вот только это может оказаться их последней операцией. А мы получим еще одну Тауринду.
— Если там состав атмосферы близок к тауриндской.
— На что же они нацелились?
— Какая разница? Если они не окончательные дураки, то они придут сюда за скафандрами. Ведь для Тауринды только эти и годятся, — сказал я.
Скафандров было десять. И весил каждый кило сорок, не меньше, потому что имел полную систему очистки воздуха и жизнеобеспечения, а срок автономной работы — семьдесят два часа. А как их носить на планете, где сила тяжести в два с половиной раза больше земной? Вот поэтому в комплект к скафандрам прилагаются экзоскелеты.
Но экзоскелеты не годились для лазанья по узким коридорам капсулы. Их вместе с содержимым прямо оттуда, где они стояли, спускали в люки, а потом затаскивали обратно.
Мы поволокли скафандры в берлогу.
Она не была предназначена для долгой осады, оружия у нас тоже не имелось. Если бы берлогу попытались взять штурмом — там бы и настигла нас безвременная кончина.
В общем, картина такая: в крошечной берлоге на полу неровным слоем лежат скафандры, на скафандрах сидим мы с Гробусом и произносим всякие неприличные слова, пока Тохтамыш пытается оживить систему управления.
Наконец ему удается наладить контакт — но это контакт с силовой установкой на орбитальной.
— Ура! — орем мы. Орем, естественно, не подумавши. Потому что способ не пустить серых корсаров на Тауринду — вот он, и мы его излагаем.
— Ребята, если я вырублю силовую установку, коридор пропадет, — говорит Тохтамыш.
— Ну и что?
— А то, что — знаете, на какой мы высоте? Капсула станет спутником Тауринды. Со своей собственной орбитой. А как ее с этой орбиты снимать, я не знаю!
Мы с Гробусом смотрим друг на друга и понимаем, что туда нам не надо.
Тохтамыш колдует дальше, поминая каких-то древних демонов, и оживляет несколько наблюдательных камер. А капсула меж тем все ближе и ближе к планетарной поверхности.
— Тохтамыш, где они засели? — спрашивает Гробус.