— Чтоб я сдох, — говорит Гробус. — Это же электропастух для черепах!
Я знал, что на черепашьих фермах в период кладки яиц пляжи огораживают — чтобы самки не разбегались во все стороны и не рыли ямы за пять километров от кормушек. Но кого собирались пасти на Тауринде эти чудаки?
Мы неторопливо подошли к ним и включили все дополнительные гарнитуры внешней связи.
— Кто вы и зачем сюда прибыли? — спросил я.
— Не ваше дело, — ответил сиреневый скафандр.
— Кто вы и зачем сюда прибыли?
— Не ваше дело.
— Добром не понимают, — заметил Гробус и выставил штатный шестиствольник экзоскелета. — А ну, своим ходом — живо к капсуле. Считаю до пяти. Отставшего бью по ногам.
Один из стволов действительно бьет мелкой резиновой картечью, но клоуны этого не знали.
— Не имеете права! — завопил зеленый скафандр, — Это частная собственность!
Вот тут мы и обалдели.
— Частная собственность на Тауринде?!
— Да!
— Вот прямо здесь?!
— Джо, покажи им карту, чтобы они наконец отстали!
Джо, клоун в голубом, лежавший на спине, включил нагрудный экран, и мы увидели план здешней местности. Мы увидели относительно круглую площадку для старта и посадки капсулы, с бетонными бортиками, подъездной дорожкой и прочим добром. Мы увидели две дороги, ведущие к шахтам. А еще — очерченный красным прямоугольник, на территории которого мы и находились. Но что любопытно — на карте отсутствовали островки лилий. А ведь им там следовало торчать в первую очередь.
— Странно… — пробормотал Гробус.
— Вы на моей земле, убирайтесь!
Вот когда зеленый скафандр, еле подняв руку, обвел пальцем свои владения, мы поняли, как обычный мирный лейтенант Разведкорпуса может стать неуправляемым убийцей.
— Ты, сынок, наверно, принял нас за роботов из шахты, — ласково сказал Гробус, вы все знаете этот нежный голосок профессора Виленского. — А мы — патруль Разведкорпуса, вот личные знаки!
Над здоровенной ручищей экзоскелета, протянутой к клоунам, где-то в районе локтя, образовался голокуб, а в кубе по голосовой команде возник алый щит Разведкорпуса со всеми геральдическими выкрутасами и портретом Гробуса в верхней части. Я активизировал голографическую установку и предъявил щит со своим портретом.
— Не имеете права — заявил зеленый скафандр. — Частная собственность!
— Да пойми ты, нет на Тауринде частной собственности! Две компании ведут разработку недр, получили на это лицензии в дирекции сорок седьмой трассы, вот и все! — Гробус уже начал сердиться.
— Погоди, тут какое-то надувательство, — сказал я ему и обратился к зеленому скафандру: — Ты что, купил кусок Тауринды?