здравия, а себе – как можно меньше дел, связанных с умышленным лишением жизни.
И вот пожалуйста. Умышленное с утра пораньше. Прилетело так прилетело. Здравствуй, жопа, Новый год.
Кажется, Вересень пробормотал это вслух, и Карина Габитовна посмотрела на него с недоумением.
– Вы что-то сказали?
– Э-мм… Разве хозяйка не встречала Новый год с семьей? Или это вы не встречали?
– За праздничным столом ее не было. – Личный секретарь Новиковой пожевала губами, подбирая нужные слова. – Ей нездоровилось. Она чувствовала себя неважно. Вот и решила остаться у себя.
– Понятно. Это вы нашли тело?
– Да. Я и Степан Михалыч. Видите ли, вчера случилось нечто экстраординарное. Кто-то отравил собак.
Вересень уже знал об этой истории от бородача, но послушать версию госпожи Добрашку тоже не повредит.
– Событие из рук вон, как вы понимаете. У нас две взрослые собаки. С семи вечера до восьми утра они охраняют поместье. В восемь Степан Михалыч загоняет их и делает обход территории. Это обычная практика. Ежедневная. Сегодня, ввиду происшедшего накануне, к нему присоединилась я.
– Предполагали возможность внешнего проникновения?
– Кто-то же отравил собак.
– Только тот, кто находился в доме, – резонно заметил Вересень. – Никак не за внешним периметром.
– Это меня и смущает.
– За территорией ведется видеонаблюдение?
– В данный конкретный момент нет. Мы меняем оборудование, старое демонтировали два дня назад. Третьего января должны приехать техники, чтобы установить новое. Я настаивала на переносе даты, но увы. Праздники.
– Члены семьи знали об этом?
Несколько секунд Карина Габитовна молчала. А потом произнесла, медленно подбирая слова:
– Не думаю. Постоянно здесь проживают всего лишь несколько человек, включая Беллу Романовну. Ее родственники приезжают нечасто.
– Нечасто?
– Раз в год, – выдавила из себя Добрашку. – На день рождения главы семьи.
– Я смотрю, родные и близкие не балуют старушку визитами…
На скулах Карины Габитовны заиграли два красных, ярко очерченных пятна (и когда только они успели появиться?), а рот вытянулся в струну.
– Старушку? Вы сказали – старушку?
– Ну-у…
– Да будет вам известно, что Белла Романовна Новикова – глава крупной корпорации с миллиардными оборотами. Действующая глава. Решения о встречах, в том числе с родными, она принимает сама.
Вересень с легким сомнением взглянул на окоченевшие ступни главы корпорации:
– Это меняет дело.
– Что вы хотите этим сказать?
– Вырисовался мотив. Причем довольно убедительный.
Он должен был это сделать еще пятнадцать минут назад, сразу же, как увидел труп. Несмотря на раннее утро Нового года. В котором никто не готов получать дурные вести. И меньше всего – непосредственный вересневский начальник – старший советник юстиции Николай Иванович Балмасов. В записной книжке Вересня имелся его мобильный, по которому Боря и звонил-то всего несколько раз в жизни, в самых крайних случаях. Сейчас был именно такой случай – крайний.