— Какое такое? — скучно спросил Гвоздь.
— Да мат он весь забыл! Вообще!
— И чего? Чего такого–то? Подумаешь, блин, материться перестал!
— Да нет, Гвоздь, ты не понял, — не унимался рассказчик, — он теперь, блин, как культурный разговаривает! Ни одного матерного слова, а все «милейший» там да «любезнейший»… Вместо «пшел нах» — «оставьте меня, пожалуйста, в покое»…
— Ну и что? Родоки, наверное, запалили, бойкот объявили и денег не дают… Мои тож так делали, из–за того что пьяный пришел домой, — кисло обосновал непробиваемый Гвоздь, — фигня все это, фигня!
— Да ну тебя! — рассказчик с досадой выкинул бычок в урну, стоявшую около скамейки, на которой присел отдохнуть Борис. — Эй, мужик, табачку отсыпь?
— Отстебись, быдло! — зло рявкнул на него Борис и быстро зашагал прочь.
— Странный какой–то… — недоумевающее посмотрел ему вслед рассказчик.
— Псих наверное! — покрутил у виска пальцем Гвоздь.
Москва, парк Коломенское, берег Москва–реки.
Несколько босоногих мужчин сидели на лавке и попивали пиво. Их мужественные, видавшие виды стопы были украшены знаками недавних подвигов — многочисленными лентами лейкопластыря, которые белели на грязной потрескавшейся коже.
Иван, до которого наконец–то дозвонился Борис, вел со своим другом неспешную беседу:
— А Катя с Аленой уже уехали. Им Ден купил билет на экспресс, и они укатили с Ленинградки. А мы потом пошли пешком оттуда до самой Коломенской. Ну, сейчас мы уже вряд ли куда–то двинем — устали очень. Обуваться будем, и по домам, — Иван выслушал ответную реплику, поморщился и нажал кнопку с красной трубкой.
Рядом, на траве устроились Ден и Ирма, по которым было видно, что прогулкой они более чем довольны.
— Фотки выложу, как проявлю. Поеду сегодня в «Фотопроект», он круглосуточный. Потом отсканить, цвет — сама понимаешь.
— Ага! Слушай, а что эти так быстро сдулись? — Береза кивнула в сторону компании на лавке.
— Давай я тебе про них потом расскажу. Между нами, из них босоходы такие же, как из меня водитель аэробуса.
— Да ладно, из тебя бы вышел хороший пилот, — девушка подмигнула.
— Не льсти! Меня бы первый же врач завернул, — возразил Ден.
— Да ладно на здоровье–то жаловаться, ты сегодня всех уходил.
Ден рассмеялся.
— Хочешь, я тебе открою страшный секрет? Источник моей силы — нечто большое и черное!
Парень сделал готическое выражение лица. Ирма хихикнула.
— Это моя камера. Я когда с ней — могу не спать сутками и проходить десятки километров босиком по всякому бездорожью.
— Ну–ну! — девушка рассмеялась и, словно вспомнив о чем–то, достала из кармана маленькую бумажку–шпаргалку и громко объявила. — О, у меня через сорок минут электричка на Серпухов. Хотите — можем до платформы Москворечье пробраться, тут есть одна медвежья тропа.