Ребекка одарила его улыбкой, на этот раз сопровождавшееся несколькими слезинками.
— Я люблю тебя, — шепнула она.
— Ешь свой торт, — спустя мгновение сказал Эрик.
— А затем сосиску, — хихикая, добавила она.
— Конечно, ты же не думаешь, что я забуду об этом?
Он выиграл раунд в гостиной, где Ребекка наслаждалась своим вторым десертом.
Следующее очко Ребекка с легкостью, в буквальном смысле, заработала на лестнице, где они прижавших к стене, решили вновь объявить ничью. Они не успели добраться до одной из четырех спален, когда она решила взять перерыв.
— А мы можем продолжить завтра? — спросила она, закутываясь в белое пушистое полотенце и прислоняясь спиной к двери ванной.
— Хочешь сдаться? — спросил он.
— А если я сдамся, это будет означать твою победу?
Эрик вытирал влажные волосы полотенцем. — Ага.
— Тогда этому не бывать. Муж, быстро в кровать!
Она упала на кровать, широко расставив руки.
— Бери меня, я вся твоя!
Эрик решил воспользоваться дополнительными средствами, и заглянул в шкаф. Он понимал, его член не встанет, по крайней мере, еще час, и Ребекке явно потребуется дополнительная стимуляция после фейерверка, испытанного в душе.
К тому времени, как он добрался до постели, прижимая к голому телу шесть различных вибраторов, Ребекка уже уснула. Он улыбнулся и прошептал.
— Я победил! — Но, черт возьми, он никогда не признается в этом, и утром с радостью продолжит их соревнование. Они не могли оставить его не завершенным.
Эрик сложил вибраторы на тумбочку, оставляя их на расстоянии вытянутой руки, планируя для нее убойное пробуждение. Он выключил свет, зажег свечу, и лег на кровать к своей жене. Она вздохнула, когда он притянул ее к себе, укрывая их уставшие тела одеялом.
Его тело вымоталось, но мозг продолжал работать, что помешало ему уснуть. Поэтому он лежал, обнимая жену, и вместо того чтобы расслабиться, позволил своим мыслям вырваться наружу. И, к сожалению, это были не самые приятные мысли.
Ближе к рассвету, Эрик лежал, подперев голову рукой, и смотрел на милое лицо своей супруги. Свеча, стоявшая на тумбочке, почти догорела, но Эрик так и не мог уснуть.
Сердце до сих пор переполняло волнение. Он аккуратно провел пальцем по брови Ребекки. Иногда он боялся к ней прикоснуться, думая, что она может разбиться. В другой момент, ему хотелось так крепко сжать ее в объятиях, чтобы она ощутила всю силу его любви. Одному богу известно, ему никогда не выразить слова глубину своих чувств. Она была его второй половинкой, о необходимости которой он и не подозревал. Но в его душе оставались дыры, которые она не могла заполнить.