– Нет, не будете! – Ева воткнула иголку и отложила свое рукоделие. Два красных пятна вспыхнули на ее щеках. – Ни в коем случае, полковник. Я вполне способна заплатить за себя. И не желаю слушать…
– Мадам, – его глаза сузились, – это не подлежит обсуждению. Вы – моя жена.
– Нет! – Она широко раскрыла глаза. – Вы можете приказывать своим солдатам, но не мне. Я не позволю командовать собой ни вам, ни герцогу Бьюкаслу, ни маркизе Рочестер – никому! Я приехала в Лондон по своей воле. Я осталась здесь добровольно, вопреки вашему желанию. Я сама приняла леди Рочестер в качестве своей наставницы. Я приехала и остаюсь здесь не как какое-то низшее существо, которое надо натаскать так, чтобы оно не опозорило славное имя Бедвинов, а как равная, желающая отплатить добром за то добро, которое вы сделали для меня несколько недель назад. Я сама заплачу за свои туалеты.
– Разве вы не моя жена? – Эйдан как будто не слыхал ее последних слов. – Существует запись в церковных книгах, свидетельствующая о том, что вы лжете. Вы носите на пальце мое обручальное кольцо. Вчера вы вступили со мной в брачные отношения. Сегодня, возможно, в вашем чреве растет наш сын или дочь. И вы хотите, чтобы это дитя было незаконнорожденным?
Ева заметно побледнела. Думала ли она о возможности зачатия? По правде говоря, Эйдан тоже не думал об этом, пока эта мысль не пришла ему в голову прошлой ночью, когда он пытался заснуть, один в своей постели.
– Это маловероятно, – сказала она.
– Но возможно. – Он сделал глупость, поддавшись своему желанию. Если будет ребенок, они окажутся навеки связаны более крепкими и нерушимыми узами, чем просто узы брака. Он не позволит, чтобы его ребенок вырос безотцовщиной.
Ева хотела снова заняться рукоделием, но оно больше не лежало уже на коленях. Тогда она до боли стиснула пальцы.
– Мне не следовало приезжать, – сказала она. – Мне не следовало поддаваться убеждениям герцога. Ведь это не правда, что свет осудит вас, если меня не будет рядом с вами?
– Кто знает? – пожал плечами Эйдан. – Многие считают, что бессердечность и даже жестокость у Бедвинов в крови. Хотя все, кто немного знаком с историей нашей семьи, знают, что для Бедвинов мужчин было делом чести относиться к женам с уважением и заботой. Полагаю, именно поэтому большинство из нас женятся поздно или не женятся совсем.
– Вы бы остались дома вчера или сегодня вечером, если бы не мое присутствие? – спросила Ева.
– Вероятно, нет, – признался он.
– Уверена, что нет, – сказала она, вставай. – Я иду спать, полковник. Я устала. А вы можете куда-нибудь поехать, если желаете. У вас есть братья и сестры, сослуживцы и друзья. Не стоит сидеть дома ради меня.