Как воплощение тех двух в ней одной. Теперь, ему, старому максималисту и убеждённому болвану, казалось, любовь к ней, когда-то придуманной, продлится всю жизнь, до самой смерти.
Почему именно здесь, сейчас, на площади Беллькур, неожиданно потянуло туда, в прошлое? Впасть окончательно в философский транс, ему мешал ещё вопрос. Один единственный. Часто задавая его, прислушивался к себе, не находил ответа, отодвигал, отпихивал, старался выбросить из головы. Очередные события, дела наваливались, поглощали, а там… Что? Не хотел. Обманывал себя, уходил от самого ответа. Часто подлавливал себя: тоскует. Тоскует по всему, что осталось «там». И теперь, находясь на этой самой французской площади в ожидании любимой женщины, задумчиво глядя на прохожих, наблюдая за ними, пытался ответить на тот же вопрос — может вернуться? На бывшую родину? Встряхнулся, вздрогнул. Отчего, это вдруг, бывшая? Бывшая любовь, бывшая жена, бывшая родина…
«Странно устроен человек…», — не успел додумать. Навстречу, подняв обе руки, как птица, направляясь в его сторону, спешила хрупкая фигурка. Лера! Сладко зашлось, ухнуло внутри. И в эту секунду, на площади Беллькур, его осенило, — он сделал открытие. Ещё одно в этом, странном, на первый взгляд, городе. Наконец, появилась в его жизни — она. Та самая, в которой — чудно, невероятным образом аккумулировались три женских сущности, три характера из прошлого, «оттуда»… Валерия! Лерка!
Она летела, спешила ему навстречу. Маленькая птичка. Коротко стриженый, милый, любимый стриж. Она не экономила на чувствах и эмоциях всегда, — и теперь, — плевать хотела, что подумают окружающие. Чем больше Валерий узнавал её, тем больше восхищаться её жадности и любви к новым знакомствам, впечатлениям, событиям, — одним словом, — жизни!
— Хочу свежих устриц, белое вино! — Не дойдя буквально двух шагов, выкрикнула «она», «созданная в подсознании», из далёкого прошлого. Подбежала, порывисто обняла, чмокнула в щёку.
И вот. Она рядом. Глаза в глаза. Взял за плечи:
— Лерка! Выходи за меня! — Женщина пристально и насмешливо взглянула. — Понимаешь меня? — Не дожидаясь ответа, обнял, провёл по стриженым волосам, крепко прижал к себе. Они стояли так несколько секунд, а им казалось, несколько часов.
— Так что? — опомнился, отпустил.
— «Так что?», — передразнила, рассмеялась. Он ждал, напряжённо глядя ей в лицо. — Медведь! Чуть не задушил! — продолжая улыбаться, иронично, — наконец-то! Дождалась!
— Ты согласна?!
— Куда ж я денусь?
— Лерка — а! — подхватив хрупкую фигурку, покружил.
— А ты, Валери, думал — откажусь? Или хотел услышать моё сдавленное: «Да»? Медведь! — снова повторила, кокетничая. В ответ он рассмеялся. Счастливо, как первокурсник.