что. Никогда. Я знаю, какую боль Ангелу причинили его друзья в прошлый раз, когда он
оказался в беде из-за аварии. Я знаю, что в этот раз он не сможет справиться с одиночеством. Я
просто не имею права бросать его, когда ему тяжело. Я уверена, что он бы не оставил меня,
если бы я оказалась в таком положении.
Да, это ужасно, что он, возможно, не сможет ходить. У меня в голове не укладывается,
каково ему сейчас. Но совершенно неважно, что он теперь… инвалид (боже, какое
отвратительное слово). Я не перестану любить его меньше. Наоборот, теперь у меня есть повод
заботиться о нем так, как никто и никогда ни о ком не заботился. Я хочу снова увидеть улыбку
на его лице, я хочу, чтобы его глаза снова стали излучать тепло. И я готова перевернуть мир,
чтобы добиться этого.
Глава семнадцатая
На следующий день мы почти не разговариваем с Егором в школе. Он ни разу не
вспоминает о вчерашней встрече с Ангелом, и это, скорее, хорошо, чем плохо.
98
Как только я переступаю порог дома, то сразу бросаюсь к домашнему телефону и звоню
Ангелу. Отвечает Виолетта Александровна.
― Он в порядке, Августа, ― звучит ее мягкий голос. ― Ну, точнее, без изменений.
― Хорошо, ― вздыхаю я. ― А я могу прийти к нему?
― Думаю, пока не стоит. Ангел вчера сильно переволновался, и ему стало плохо.
Мое сердце болезненно сжимается в груди. Я кладу на него руку и зажмуриваю глаза.
― Понятно, ― говорю я.
― Мне жаль, Августа, ― отвечает Виолетта Александровна.
― Да. Мне тоже…
― Но я обязательно ему скажу, что ты звонила.
― Спасибо, ― я сжимаю зубы и измученно улыбаюсь.
― Ты не обижайся на него за то, что он наговорил вам вчера, ― тихо говорит Виолетта
Александровна. ― Я уверена, он не хотел быть таким грубым.
Нет. Как раз именно этого он и добивался. Думал, что, сказав нам пару неприятных слов
холодным тоном, он сможет оттолкнуть нас от себя.
― Конечно, ― говорю я.
― Ему нужна ваша поддержка, ― голос женщины слабо дрожит. Она переживает за него,
как никто другой. ― Не оставляйте его.
― Не оставим, ― обещаю я.
― И не сердись, ― снова просит она.
― Не буду. Я даже не думала об этом. Я понимаю, что ему тяжело. Все нормально,
Виолетта Александровна.
Я слышу, как женщина улыбается.
― Ты хорошая девочка, Августа. И я рада, что ты есть у моего сына. Спасибо тебе.
Я зажмуриваю глаза, в носу щиплет, потому что я готова вот-вот разрыдаться.
― До свидания, Виолетта Александровна, ― бормочу я и, не дожидаясь ответа,
отключаюсь.
Я бегу на кухню, чтобы принять таблетки от боли в сердце.