От мысли о возвращении домой, внутри был холодок, как во время экзаменов. Совсем не боялась того, что должно вот-вот произойти.
Ожидала от поединка возможную боль, которую необходимо пережить, чтобы оказаться дома. Настроилась на достойный проигрыш. Я чувствовала себя, словно перед рождением. Знать бы еще, что ждет впереди.
Солнце – невозможно яркое – слепило меня. Прищурившись, посмотрела на небо – синее, без единого облачка. Хороший день, для возвращения.
– Опаздываете, сударь, – перебил мои размышления господин Бюсси. В черном изысканном костюме (граф не терял зря время, успел переодеться с дороги) он казался демоном во плоти. Резкий взгляд не предвещал мне ничего хорошего от нашей встречи. – Идемте.
Последовала за ним. Мы вошли в небольшую рощицу, кряжистые клены тянулись ввысь, к солнцу, разлапистыми листьями создавали тень, приятную для усталого путника.
Я улыбнулась, скинула дорожный мешок и поставила его под один из кленов. Роки зашевелился в нем, высовывая кончик носа в небольшую дыру (его работа) и беспокойно заводил им, знакомясь с новыми запахами.
Освобождаясь от плаща и вынимая шпагу, встала в позицию напротив графа, который тоже снял плащ и шляпу. Он окинул меня скучным взглядом и спросил:
– Вы готовы, сударь?
– Я к вашим услугам, граф!
– Что ж, начнем!
Уже в первые минуты боя, я поняла, что не напрасно потратила время на уроки, которые преподал мне Шико. Защищаться я умела, а это и правда было почти самым важным в поединке.
– Неплохо, господин посыльный. Не ожидал от вас таких умений. Вы довольно хорошо владеете шпагой, – заметил Бюсси через некоторое время. Наверное, он думал, что легко разделается с обидчиком на первой же минуте боя.
– У меня был замечательный учитель. Сам мэтр Шико обучал меня фехтованию, – ответила, отбивая очередной удар. – Вы тоже, говорят, неплохо деретесь.
– Говорят? А вы в этом сомневаетесь, сударь? – усмехнулся он, вызывая в моей душе трепет.
– Признаться, пока не заметно ваших успехов. Я еще жив! – ответила, отскакивая от очередного выпада.
– Уверяю вас, это ненадолго. Вы успели уже произнести молитву?
– А вы?
Я дерзила, видимо, сказывалось мое состояние – на грани эмоционального напряжения. Наш балет шел к кульминации, за которой обязательно должна была быть развязка. Не думала, что продержусь так долго в этом танце.
Выпад, еще один – граф шел в атаку, я держала оборону. Все еще невредимые оба, мы как будто играли в игру – «кто первый проткнет», но никто из нас не спешил проигрывать.
Знала, что скоро уступлю, уже вся взмокла, рука устала отбивать удары графа. Бюсси был неутомим. Сама я не могла причинить ему вред – не хотела, чтобы он страдал из-за меня еще и физически.