Чарли Бут бросился к машине и, обернувшись, чтобы выстрелить в копов из своего револьвера, получил две пули из ружья 16-го калибра, пробившие его грудь. За одну минуту он истек кровью.
Двое других парней, имена которых выяснили только перед отправкой в тюрьму, бросили свое оружие и подняли руки вверх. Большой черный человек уложил их на землю у своих ног одной рукой.
Лили Верджил опустилась на землю, раненная в икру. Судья Блэнтон лежал на спине на растрескавшемся асфальте, с кровавым венцом вокруг головы.
Говри пополз назад в помещение автозаправки и захлопнул за собой стеклянную дверь. Он хватал воздух ртом, как рыба. Клерк сбежал, открыв заднюю дверь магазина нараспашку. Сквозь дверной проем виднелся широкий участок грязного поля.
Говри увидел, как в помещение входит какой-то человек и затем исчезает, как привидение.
– Эй, солдат, – прохрипел Говри, сплевывая кровь. – Подойди, и мы закончим разговор. Я не убивал твоего дядю. Слышишь? Не убивал.
Квин хотел спросить его об Уэсли Руте, Джонни Стэге и людях из Мемфиса, но вместо этого молча прошел вдоль рядов темного магазина, держа полностью заряженный карабин М-1 и слушая, как Говри хрипит и ругается. Голос отказал ему, когда Квин проходил мимо полок с бутылками пепси-колы, упаковками картофельных чипсов и пакетиками со свиными шкварками.
Квин хотел убить его.
Он представлял себе, как убьет Говри.
Квин наблюдал за ним в широкой панораме зеркала для слежения за ворами. Говри сел на задницу с пистолетом в одной руке, поддерживая другой рукой свой кровоточащий живот и сплевывая кровь. Пол был измазан кровью там, где он полз на животе.
– Как дела? – спросил Квин.
– Отлично, солдат.
– Знаешь, ты напоминаешь мне одного парня, которого я встречал в провинции Кандагар, – сказал Квин. – Ты слышал когда-нибудь о таком месте?
– Не дурак, знаю.
– Он подстерег меня, когда я собрался сесть в вертолет, – продолжил Квин. – Хотел перерезать мне горло.
Говри промолчал.
Квин пробирался вдоль рядов, шатаясь и скрипя зубами от боли. Он сознавал, что волочит опорную ногу.
– Даже после того, как я ранил его и надел наручники, он просил меня прикончить его. Что ты об этом думаешь?
Говри помолчал и затем сказал:
– Ты собираешься стрелять или рассказывать свои гребаные притчи?
Квин мог в конце следующего ряда повернуться и выстрелить из винтовки М-1. Говри уже выбился из сил и утратил способность защищаться. Застрелить его не составляло труда.
Квин сделал шаг в обратном направлении. Когда шагал по ряду, чувствовал себя так, будто ему подрезали ножом подколенное сухожилие и задницу. Выстрел не был бы легким и быстрым.