– Где моя жена? – спросил он у Молли уже в столовой; жизнерадостная горничная принесла ему полный кофейник горячего кофе.
– Пошла вместе с Лорой прогуляться в парке, – ответила девушка, наполняя чашку хозяина. – Погода прекрасная, а ей, кажется, очень хочется посмотреть город. Не желаете ли позавтракать, сэр? Утром мадам Ренад испекла превосходный пирог с курицей. Или, если хотите, есть тосты, а также вареные яйца.
– Благодарю вас, Молли. Наверное… кусочек пирога, если вы его так хвалите. После завтрака я пойду в библиотеку. Окажите любезность и передайте моей жене: когда вернется, пусть зайдет меня проведать. Я хочу с ней поговорить.
– Конечно, сэр, – ответила Молли, бесконечно приседая в реверансах, прежде чем выйти из столовой.
Дэниел широко улыбнулся и сделал глоток кофе. Ему очень нравилась эта живая и веселая девушка, которая его немало забавляла. Его, впрочем, не удивлял тот факт, что она получила в доме дяди расчет. Молли совсем не годилась для работы в чопорном доме Уолвингтонов.
Покончив с завтраком, Дэниел написал записку лорду Чилтону, попросив о встрече, и отправил Хопкинза доставить послание. Ему необходимо было переговорить с зятем, причем – как можно скорее, если он хотел зарабатывать деньги более респектабельным способом, чем игра в карты. Дэниел действительно этого хотел, потому что твердо решил изменить свою жизнь.
Было уже почти три часа, когда легкий стук в дверь библиотеки возвестил о приходе Ребекки. Радуясь, что сейчас увидит жену, Дэниел вскочил и с улыбкой бросился открывать. Но удовольствие видеть жену мгновенно переросло в восхищение ее красотой; в это утро она выглядела потрясающе – сияющие глаза, чарующая улыбка на порозовевшем лице и уложенные в изысканную прическу волосы.
– Вы вся так и светитесь, – сказал Дэниел, подводя жену к креслу. Она села, и он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. Вернувшись к двери и закрыв ее, Дэниел спросил: – Как вам понравилась прогулка?
– Да, очень! – воскликнула Ребекка в восторге. – Там было чудесно! Столько людей в прекрасных нарядах… И все они прогуливались – или верхом, или в экипажах, или пешком. Я даже видела, как одна компания устроила пикник. Хотя сейчас немного холодновато для этого. О-о, а на Серпентайне было полно лодок! Я бы тоже хотела покататься, когда станет потеплее.
Дэниел улыбнулся.
– Рад, что вы повеселились. Но с другой стороны, у вас и от природы веселый нрав. Мне кажется, вам почти все доставляет удовольствие. И если честно, то должен признать, что за это я вас особенно… – Дэниел осекся, потому что едва не сказал «люблю». Разумеется, это была бы всего лишь фигура речи, но ему вдруг стало не по себе – а вдруг она его не так поймет? Боже упаси, если Ребекка действительно решит, что он в нее влюблен. Разумеется, не влюблен. Мужчины его типа не становятся жертвами Купидона с такой легкостью. Однако Ребекка очень ему нравилась, и, конечно же, он ее уважал.