Нет, она в самом деле необыкновенная женщина.
Он строил планы на этот вечер. Они включали в себя роскошный ужин в новом популярном мясном ресторане и распитие бутылки шампанского за начало, как он надеялся, их продолжительных отношений. Несмотря на все то, что он узнал о Бриджит за последние два месяца, он понимал, что пока что только скользнул по поверхности. Ему хотелось знать о ней все! И даже после этого Келлен был уверен, что не соскучится с ней. В свои тридцать шесть он наконец-то повзрослел.
Черт возьми, он даже собирался потанцевать с ней в ресторане, если будут играть медленный танец, где не нужно особенно активно двигаться. Вечер Келлен предполагал закончить прогулкой по пустынному берегу, чтобы остаться с Бриджит наедине. Он собирался захватить с собой плед, расстелить его на песке, сесть рядом с ней и считать звезды. А потом, может быть…
— У нас заказан столик, — пробормотал он, — нас ждут.
— Правда? Меня никто не ждет…
— Да?
Он увидел, как задвигалось ее горло — от волнения? от желания?
— Совсем.
Стоило их губам встретиться, как он забыл обо всех своих планах. Но даже и тогда Келлен еще мог бы собрать в кулак свою волю, если бы Бриджит не потянула его за галстук в глубь спальни. Не отрываясь от его губ, она закрыла дверь толчком ноги. Щелканье замка словно отворило шлюзы, и могучая волна накопленного желания захлестнула обоих.
Никаких слов не требовалось. Бриджит увлекала его к футону, и он не думал возражать. Он смутно отметил, что трость его упала на пол, но стук дерева о дерево заглушил шум крови в голове. Он сомкнул ладони на ее талии, но не для поддержки. Он позволял Бриджит проявить инициативу. Ей это было необходимо, Келлен это понял. Он был только счастлив следовать за ней.
Бриджит выпустила его галстук, но только затем, чтобы развязать узел. Она сдернула галстук с его шеи и с торжествующим выражением, сияющим в синих глазах, подбросила его в воздух. Затем вытащила из его брюк рубашку и принялась расстегивать пуговицы со сводящей с ума неспешностью. Он предпочел бы, чтобы она рванула ткань так, чтобы пуговицы разлетелись во все стороны. Но Бриджит была практична… и терпелива.
Прошла целая вечность, прежде чем она расстегнула рубашку. Когда она распахнула ее и стянула с его плеч, от жара ее ладоней его кожа запылала, словно опаленная пламенем. Он выпустил ее талию, чтобы дать рубашке соскользнуть с рук на пол, туда, где валялись ставшая ненужной трость и галстук. Кончиками пальцев она провела по его обнаженной груди и поцеловала плечо, вывихнутое во время падения. Уже несколько месяцев оно не беспокоило Келлена, но сейчас, стоило ее губам пробежать по его ключице вниз к соску, он застонал, ощутив сладостную боль.