Слава пригласительными жестами, разнеженной улыбкой и возгласами принял меня и ввёл в круг своей компании. Окружающие слабо понимали, что со мной делать. То пытались угостить кальяном, то научить картам, то узнать подробности недавних мистических приключений.
Грубоватый друг уже успел многое им рассказать, находясь в нынешнем не совсем адекватном состоянии.
— Так ты видел привидение?
— Ты ночевал с демоном?
Не знаю, разболтал ли товарищ Вячеслав все обстоятельства моей госпитализации, но вопросы об этом не произносились вслух. Возможно, впрочем, что мистическая история затмила в захмелевших умах прочие нестандартные подробности из жизни их нового знакомого. Однако напряжение от неясности данного нюанса тяготило. За каждой улыбкой поневоле искалось отвратительное сочувствие и нездоровое любопытство, а оттого вскоре смотреть по сторонам и вглядываться в лица стало невыносимо.
Когда красноречие и остатки воспитания, позволявшие хоть как-то вести скучную и нервную беседу о гипнозе и сатанизме, угасли во мне, группа дружно представила местную достопримечательность — Владимира Муравейкина, считавшегося бывшим главой какой-то полулегальной оппозиции, а ныне успешным дельцом политического толка, о чьей истинной работе и не догадаешься. О нём ходили слухи, по крайней мере в среде этой компании, будто в политике он своего рода серый кардинал и знатный провокатор, за что подвергся страшным гонениям и репрессиям. Отчего столь значимую фигуру занесло сюда, представить было трудно, но мне она не казалось такой уж значимой, потому я не сомневался на тему, не шарлатан ли передо мной. Впоследствии, выяснились многие подробности причин появления на Лесной, 23 этого загадочного господина. По словам восторженной молодёжи, теперь организуя какие-то тёмные предприятия и порой спонсируя подобия сект, куда в своё время попал Денис, скользкий тип отдыхал от непонятно каких трудов, вызывая у меня жуткую неприязнь, быть может, несколько неадекватную. В худощавой фигуре мужчины неопределённого возраста и красивом лице сквозило жреческое начало. Но мощный нос, живые подвижные глаза, чёрные в цвет одежды, и меланхолия в интонациях оттенялись пакостным духом упадка, царившим рядом с нами.
— Вот, Павел, скажите, какие силы правят людским сознанием, из духовного источника, как говорится. Вы очень напоминаете одного парня, добившегося больших успехов на революционном поприще.
— Сейчас буддизм владеет умами.
— А вот и нет, хотя вы близки к истине, он правил умами, по вашему выражению, около десяти лет, но и то исключительно в кругах безыдейной интеллигенции.