Общее молчание затянулось – оба смотрели на развалины, не зная, что и сказать.
Первым тишину нарушил Айс:
– Вот и дошли… – с тревогой протянул он и сделал шаг вперед, – добро пожаловать в Одинокий Город.
Не говоря ни слова, я прошел мимо, снял с крепления арбалет и сказал холодно, напряженно:
– Пошли, что ли…
И мы пошли…
Широкая улица Остхоула, ведущая в глубь города, сплошь перепахана, истерзана, проутюжена. Подле домов в гигантскую гармошку собрался асфальт, сплошь заросший толстой пульсирующей растительностью. Машины вперемешку с обломками домов и строительного мусора сгрудились в бесформенные груды металла и камня, на дороге валялась старая мебель, ударной волной вышвырнутая из жилых помещений, колотая плитка, разбитые вдребезги пластиковые оконные рамы, кондиционеры, металлические двери, балконы. Ветер звонко гонял по асфальту стекла, трепал порванные баннеры, свешенные с уцелевших зданий, словно знамена, сотрясал отсыревшие ржавые арматуры, торчащие, как колья, из голого бетона. Нигде не видно ни единого целого фонарного столба – все они, скрюченные, с переломанными шеями, покоробившиеся, валялись вповалку, теснили раскуроченные танки. Куда бы ни бросал взволнованный взгляд, везде одно и то же: изувеченная бронетехника, горы обломков, лужи и багровая тошнотворная растительность. И, скорее всего, закрыл бы глаза на эту, в общем-то, обыденную картину, да на некоторых развалинах приютились поистине колоссальных размеров лианы, готовящиеся в любую секунду извергнуть губительное семя и накрыть весь Одинокий Город без остатка.
И это беспокоило больше всего…
– Лианы, Сид… – опередил оповещением Айс, пробираясь между повсеместными завалами.
– Вижу, – отозвался я, расталкивая шины и обломки, – только они тут что-то уж больше здоровенные.
– Видимо, здесь для них хорошие условия. Боюсь себе представить, что будет, когда они выплюнут пух…
Я усмехнулся.
– Наступит нежданная зима… – задумчиво протянул я, а сам потихоньку полез за М2000, нутром чувствуя, что так оно совсем скоро и произойдет.
Надев противогаз, я покрылся капюшоном и ускорил шаг, идя след в след за напарником. Айс шел быстро, но осмотрительно, держа лук наготове и время от времени замирая, вертя головой, словно догадывался о чьем-то присутствии рядом, но все никак не мог понять, откуда ждать опасности – Остхоул помалкивал, скрипел, никого не выдавал.
– Зловеще как-то… – все-таки разорвал тишину я, пристально смотря то под ноги, то по сторонам, все чаще и чаще натыкаясь на глубокие затопленные воронки от взрывов, рассыпанные, как лузы, по всей улице.