— Когда же берег? — вопрос командира броненосца был адресован вникуда, ибо смешно ожидать реального ответа от тех, кто стоял рядом на мостике. — Надо же было так запаниковать именно Тихминёву — мало того, что младший штурман убит, так ещё и старший заистерил как беременная баба.
— Да уж, — согласился адмирал, — до рассвета ещё часа два, а мы понятия не имеем, где находимся. А скоро, если я не ошибаюсь, начнём черпать воду орудийными портами.
— Я, ваше превосходительство, приказал их закрыть и, по возможности… — попытался вмешаться в разговор Черкасов.
Но именно в этот момент киль «Пересвета» коснулся отмели одного из островов архипелага. Даже четырёх узлов хватило, чтобы корабль очень даже качественно тряхнуло. «Сногсшибательно» тряхнуло. В буквальном смысле.
— Благодарю тебя, Господи, что не оставил рабов своих! — перекрестился Кроун поднимаясь на ноги.
— Не торопитесь радоваться, Николай Александрович, — Вирен остался верен своему вечному пессимизму. — Почти наверняка, как только рассветёт, следует ждать японских гостей.
Чувствовалось, что «Пересвет» сел крепко, пусть и успел уже погрузиться до уровня нижних казематов шестидюймовых орудий. До ближайшего шторма кораблю особо не грозило полное утопление.
— Всё-то вы, ваше превосходительство, видите в мрачном свете, — улыбнулся в ответ кавторанг. — Выбрались на мель — и слава Богу! Теперь можно и о ближайшем будущем подумать. Василий Нилович!
— Слушаю! — немедленно отозвался Черкасов.
— Пока не знаю что там в низах, но, вероятно, вашим комендорам скоро придётся побыть в роли водолазов. Необходимо поднять из затопленных уже погребов снаряды и заряды к уцелевшим шестидюймовым пушкам и патроны к семидесятипятимиллиметровым. Про башни не говорю. Там вообще хоть пара снарядов имеется?
— По восемь на ствол, — сдерживая гордость отрапортовал старший артиллерист. — В кормовой. А в баковой — десять. И по пятнадцать выстрелов на каждую боеготовую шестидюймовку. И по сорок на противоминную. Я распорядился заранее поднимать боезапас в башни и казематы — понятно же было, что погреба скоро затопит…
— На «Пересвете»! — неожиданно донеслось с моря.
— Это ещё что за чертовщина? — удивлённо пробормотал Вирен.
— Вероятно кто-то из наших, — пожал плечами Кроун. — Здесь «Пересвет»! А вы кто?
— Лейтенант Бровцын, — ответила темнота. — И экипаж «Грозового». Миноносец полчаса назад затонул. Примите на борт.
— Подваливайте, Александр Александрович, поднимайтесь.
С борта спустили штормтрапы и, через несколько минут на броненосец один за другим стали подниматься моряки с погибшего «Грозового».